Книга Бытовик 2, страница 83 – Роман Путилов

— Ты, боец, остаешься на берегу. — ткнул я пальцем в самого здорового кавалериста, и после того, как он покинул борт, плот покачнулся и всплыл на водной поверхностью.

— Все, братцы, не поминайте лихом. — я махнул панамой и мои, оставшиеся в экипаже, два бойца, налегли на весла, а через десяток минут я понял, что если я не возьмусь за весло, то ночь мы проведем, болтаясь на середине озера, больно медлителен и неповоротлив был флагман моей флотилии. Но, отплыв подальше от берега, мы попали в какое-то течение, и нас, довольно-токи бодро понесло, примерно, в нужную сторону.

Несло так нас примерно пару часов, когда над нашими головами начало посвистывать. Судя по всему, кто-то из обитателей Зайсана принял нас за вражеский корабль и пытался подстрелить. Но, слава богам, рассказы о прицельной стрельбе на дистанцию в версту и в этом мире относится к числу легенд — пули пролетали значительно выше наших голов. По-хорошему надо было поставить магический щит, чтобы уберечь меня любимого и мой экипаж от поражения шальной пулей, но, к сожалению, я, в очередной раз свалял дурака. Мой веломобиль, с, закрепленными в кузове, походными идолами моих родовых богов, в суете ночного боя, остались с той частью второго эскадрона, что освобождал пленников, а при захвате батареи мои артефакты сильно разрядились — часть камней на кольцах погасла или потускнела, лишь шейная гривна сохраняла свой заряд, но посреди озера подзарядиться магической силой у меня возможности не было, и поэтому я решил экономить ману до самой крайней крайности, которая и не заставила себя долго ждать.

— Ваша светлость, смотрите — один из бойцов прекратил грести и тыкал пальцем в новую опасность — нам на перехват вышли две лодки, под завязку набитые вооруженными людьми. К моему удивлению, степные волки вполне уверенно чувствовали себя на скамьях дощатых плоскодонок — гребли не в такт, но дружно и курс перехвата выбрали правильным, так, чтобы через десять минут сблизиться с нами.

Играть с врагом, что ходко приближался на дистанцию уверенного выстрела, я не собирался, поэтому приготовился к постановке магического щита.

Судя по всему, в плен нас брать никто не собирался — метров с трехсот кочевники застопорили весла в воде и вскинули несколько винтовок.

— Как скажу — падайте и изображайте убитых…- прошипел я своим «морякам», разворачивая магический щит. Единственным спасением для нас было, чтобы лодки противника сблизились с нами достаточно близко, чтобы я мог использовать свои револьверы, а иначе нас расстреляли бы на дистанции винтовочного огня, так как моего магического щита надолго бы не хватило.

Дальше начался театр абсурда. С лодок загремели выстрелы, пули рикошетили от щита и уходили в рикошет, но по моей команде мои спутники по очереди «были убиты». Причем, если бы я был великим Станиславским, я бы на все озеро орал бы «Не верю!!!».

Оба моряка «умирали» в самой трагической манере, на уровне актеров третьего состава самодеятельного театра в сельской глубинке, так нелепо они дрыгались и долго содрогались в конвульсиях. Но ничего, для неискушенного театральным искусством зрителя в двух, приближающихся к нам, плоскодонках, это зрелище вполне зашло. Каждое нелепое движение моих, «отходящих» в мир иной, спутников, степняки встречали радостным улюлюканьем. Довершил представление я, опустившись на колени и трусливо прячась за воткнутую в плот оглоблю, на которой трепетал на ветру флаг Булатовского княжества.