Книга Бытовик 1, страница 81 – Роман Путилов

Разобравшись с неотложными вещами я двинулся по городу, в поисках, желающих подзаработать от щедрот правительства. На бирже труда писарь, к которому я обратился за консультацией, посмеиваясь в усы, сообщил, что его светлость, конечно, может оставить заявку, но, откровенно говоря, это дохлый номер. Империя сейчас на подъёме, промышленность бурно развивается, и, ехать на границу за предложенные копейки я, вряд ли, кого соблазню.

Помощник пристава Кремлевской полицейской части прапорщик Кислицин, Аскольд Иванович сидел в тесном, темном кабинете и пил чай с баранками, когда его посетила его светлость… ну вы поняли.

— Доброго дня вам, Аскольд Иванович — я протянул руку для рукопожатия: — А что вы тут чаем давитесь? Я предлагаю немного его разбавить…

На стол пристава встала бутылка «Стрелецкой» горькой настойки, на что тут только горестно крякнул.

— Не могу, Олег Александрович, через двадцать минут убываю на доклад в градоначальство, а то Семен Михайлович приболели.

— Ну значит приберите, потом выпьете за мое здоровье. — я уселся на стул для посетителей: — Вопросик у меня к вам, Аскольд Михайлович образовался — хочу узнать, как там моя бывшая прислуга?

— А что ей будет? — пожал плечами полицейский: — Сидят в арестном доме, ждут суда.

— И что им светит?

— Ну, с учетом того, что нам рассказали за эти три дня, то по году арестного дома получат за кражи и покушение на кражу.

— То есть, антиправительственные высказывания не подтвердились?

— Олег Александрович, ну побойтесь предков, какие антиправительственные высказывания? — всплеснул руками помощник пристава: — Ну, управляющий ваш не уплатил налоги на две тысячи, ну остальные воровали по мелочи, по его попустительству, но на каторгу то их не за что отправлять.

— Хорошо, а нападение на меня Еремея тоже на год всего? — нахмурился я.

— Нет, нападение на вас относится к тяжким преступлениям, но только его расследовать надо, вас допрашивать, очную ставку делать, а вы, как обещали, не явились, а судебный следователь теперь только завтра будет… Так что, приходите…

— Нет, Аскольд Иванович, я послезавтра не смогу, уезжаю. И, кстати, я даже рад, что на прислуге только кражи висят. А подскажите, мне давеча юристы говорили, что судить прислугу я могу и самостоятельно.

— Можете. — подтвердил помощник пристава: — За преступления, совершенные в ваших владениях и судом княжества.

— То есть, я правильно понимаю, что я могу этих мазуриков забрать и отвести их в княжество Булатовых и там судить?

— Можете, так как преступление совершено в пределах вашего родового дома, но суд должен быть на территории княжества и по законам Империи. — Аскольд мотнул головой в сторону шкафа, за стеклом которого виднелись темно-синие тома «Свода законов Российской империи».

— Аскольд Иванович, а можно сделать так, чтобы завтра, часиков в восемь утра, не позже, мои уголовнички ждали меня у дверей вашего замечательного участка, собранные, ну, скажем в дорогу на три дня. Ну, там сухари, селедка на двоих, вода ключевая, что там кандальникам на этапе положено. Я их у вас, вместе с материалами дела заберу навсегда и в княжество отправлю. И вам хлопот меньше, и мне спокойнее.

— Вообще то не положено…- задумчиво протянул полицейский, но, после того, как под бутылку настойки лег двадцатипятирублевый казначейский билет, мгновенно переменил свое мнение, заверив меня, что к восьми часам, не позже, мои бывшие работники будут стоять, обеспеченные кожаными вязками на ногах, арестантским пайком на три дня и арестантскими робами. Материалы уголовного дела также будут подготовлены к передаче в суд Булатовского княжества для принятия решения, по существу.