Книга Опасные манипуляции 4, страница 59 – Роман Путилов

Переехав на Левый берег Города, я передумала.

— Милый, ты меня здесь с Никсоном высади, а сам на работу езжай. И знай, за тобой следят от самого дома — кофейная «тройка» и «волга» -такси.

Аккуратно прикрыв дверь, я взяла пса за поводок и неторопливо пошла в сторону Станции переливания крови, затем, резко развернувшись, как будто заблудилась, а потом это поняла, я решительно двинулась в противоположном направлении.

Неопрятно-коричневая «тройка» от АвтоВАЗа стояла в начале тихой улочки.

Двое мужчин, сидящих там, при моем приближении прикрылись газетой бесплатных объявлений, закрыв печатным изданием почти все лобовое стекло. Но, проходя мимо, я успела бросить мимолетный взгляд на двух мужиков, что пристально уставились в какое-то объявление, хорошо их рассмотрела и запомнила. Кроме того, мне показалось, что на заднем сидении в салоне автомобиля кто-то лежит. По просмотренным мною шпионским фильмам, там должна была затаится женщина с кучей париков и двухсторонних ветровок.

Перейдя широкую улицу Космонавта Германа, я вновь закрутилась на месте, якобы разыскивая табличку с номером ближайшего дома. Мужчина, выбравшийся из машины «наружки» любительского уровня, не решился переходить дорогу вслед за мной, а скрылся во дворе ближайшего дома. А вот после этого мы побежали. Бежать мне было необходимо три минуты — ровно столько, сколько было нужно следящему за мной экипажу пересечь широкую улицу и подъехать ко мне, но этого они делать не стали, просто остались на месте.

Через пять минут во двор, который я обозревала через мутное стекло лавки, расположенной на первом этаже жилого дома второй линии, торопливо вошла женщина лет сорока, с большой хозяйственной сумкой и обесцвеченном парике, быстро окинула широкий двор внимательным взглядом и энергичным шагом двинулась мимо, очевидно решив, что я с собакой двинулась вглубь жилого массива. Надо понимать, что это третий член бригады наружного наблюдения фирмы «Город золотой», та, что пряталась лежа на заднем сидении.

Купив в специализированной лавке то, зачем я приехала, я скомандывала Никсону рядом и двинулась в сторону отдела полиции, где служил мой муж. Идти предстояло, даже быстрым шагом, минут тридцать.

Капитан милиции Жемчужный — кавалерист из-за холмов.

— Где взял холодильник? — перед лицом Славы Длинного просвистела толстенная книга «Ху из кто в Городе» и грохотом ударилась в столешницу, заставив Саню обреченно вздохнуть.

Саня прекрасно знал, что в соседних кабинетах сейчас колят его подельников, с которыми он вынес набитый продуктами холодильник их квартиры семидесятипятилетней соседки с легкой стадией деменции.

Бабка жила одна, но, так как она часто терялась, стоило выйти с знакомого двора. Две дочери, по очереди набивавшие ее новенький холодильник «Бош» продуктами, очень просили мать со двора не уходить, что старушка почти год и выполняла.

За чем они утащили у доброй бабки холодильник, Слава Длинный не знал. Наверное, самым верным тут будет определение «озорство». Во всяком случае, ничем другим Слава не мог объяснить, зачем его друг Костя Ким, представившись юным натуралистом, сорок минут рассматривал с бабулькой старые семейные альбомы в алых, бархатных обложках, пока Длинный и Алеша Сальников со стремной кличкой, пыхтя, тащили полный холодильник, через чердак, в соседний подъезд.