Книга Опасные манипуляции 3, страница 60 – Роман Путилов

— Ну и что, что точка зеленая — Нина Демидовна схватила одну из купюр и стала рассматривать ее на просвет: — Это мои деньги, я две недели назад на работе зарплату получила и сыну дала, чтобы он, для работы, приличный костюм купил. Я просто думала, что он их уже потратил.

— Я правильно понял, что эти деньги вы получили в виде заработной платы и отдали их сыну на покупку костюма две недели назад? Подскажите, а как вы из узнали, что этот те самые деньги?

— Да как-как? У меня зарплата небольшая, поэтому я все бумажки заполнила, вот они, все тут. А если деньги какие-то неправильные, то вы идите, на моей работе разбирайтесь, а моего сына не впутывайте.

— Нина Демидовна, нам необходимо взять эти деньги на проверку. Вы не возражаете?

— Да забирайте конечно, хотя я, уж на что дура безграмотная, вижу, что деньги настоящие. Надеюсь, вы их не прикарманите, а то много чего я наслышана про нашу милицию — начала борзеть мама грабителя.

На момент моего прибытия в РОВД, сегодняшняя жертва Чмони уже была допрошена дежурным следователем в больнице «Скорой помощи» № 2, куда она была помещена в связи с симптомами сотрясения головного мозга. Когда я выложил перед молодой старшим лейтенантом все акты и мой рапорт, она на пару минут задумалась, потом решительно заявила:

— Так, чтобы все было окончательно сделано, я поеду на почту, сделаю выемку этого зеленого маркера, и в ЭКО все отправлю, чтобы экспертизу сделали, что полосы на всех купюрах сделаны именно этим маркером. Но тебе в любом случае, надо с парнем поработать. Бабка ничего не видела, никого не опознает. Так что без признания….

— Слушай, забыл сказать — поедете на почту, оттуда заскочите на участок после пожара напротив дома двадцать четыре по улице Истребителей. Там, под картонной коробкой из-под чипсов, лежит сумка потерпевшей, с ключами и документами. Ее злодей после грабежа выбросил, может быть там отпечатки его пальцев будут. Я рукой не трогал, палочкой пользовался. Сумку изымешь, оставь на этом месте в чем-либо записку об этом, вдруг потом «проводку» будем делать, а Чмуня это место укажет.

— Ага, все записала, а ты давай, работай с ним, мне признание необходимо.

Разговор с Чмуней не заладился с самого начала. В тюрьму он не хотел, понимая, что уже завтра отравленный организм будет требовать свое, а там, за крепкими решетками с регулярным получением «дури» сложно, возможно, но не с Чмуниными возможностями. Любые увещевания он воспринимал агрессивно, клялся, что вены себе вскроет, орал на весь коридор, что его убивают. Я понимал, что конструктива тут не будет, спустил парня в камеру на первый этаж и пошел звонить любимый женщине в телефонную будку на углу, возле популярной в РОВД мантной.

— Привет, дело есть на миллион.

— Привет, ты мне только по делу звонишь?

— Нет конечно, сказать, что ты лучшая, но по делу тоже.

— Рассказывай.

— Есть наркоман, грабил бабок, бил по голове сзади, забирал пенсию. Все доказательства собраны, но он не признается. Надо что-то сделать, чтобы он признался. Бить его я не хочу, тем более он и так орет на все РОВД орет, что я его бью, так что пришлось видеокамеру на запись включать. Если не признается, его отпустят. Можешь чем-то помочь?

— Сколько у меня времени?

— Часа три.

— Через два часа приезжай. Но эффект будет ночью, длительный, но только ночью, когда он спать ляжет. Других вариантов я не знаю.