Книга Опасные манипуляции 2, страница 118 – Роман Путилов

— Николай, а ты куда?

— В каком смысле куда? К себе.

— Этот гражданин на полу тебя дожидался.

— ???

— Он пришёл становиться на учёт, как ранее судимый, руководство сказало, чтоб ты провел с ним беседу, так что забирай, а то нам надо полы мыть, дежурство сдавать, а тут твой клиент лежит.

Под радостное хихиканье присутствующих, в том числе и жизнерадостного тела на полу, я забрал у дежурного голубенький листок справки об освобождении:

— Я сейчас схожу к начальству, а потом к вам вернусь. Я у вас поработаю, а то у меня в кабинете не прибрано, гостей неудобно принимать. А с полом вы уж сами разбирайтесь.

Весёлый гражданин, дожидавшийся меня на полу, по документам оказался форменным душегубом. За первое убийство он был помещён в психбольницу, откуда был выпущен через три года, как полностью излеченный. А подышав год воздухом свободы, и, очевидно, заскучав, нанёс тяжкие телесные повреждения со смертельным исходом, а потом, уже на «зоне» убил ещё кого-то, за что в совокупности отсидел четыре года, но был опять признан невменяемым, и после двух лет лечения, был признан неопасным членом общества.

Вот с таким гражданином я, согласно приказа министра, должен был провести беседу, а затем «профилактировать» его, чтобы гражданин больше не совершал ничего дурного, а уж если совершил, то, по замыслу мудрецов из министерства, должен быть задержан чуть ли ни в момент совершения противоправного проступка. Слава Богу, на выполнение данного приказа особо никто внимание не обращал, пока бывший «зека» не совершит двойного убийства. Вот тогда и опера и участкового, на территории которого злодей был прописан, увольняли автоматически, а то и привлекали к суду. Поэтому, брать на себя ответственность за поведение такого гражданина было смерти подобно, и с этим надо было что-то делать.

Когда я вернулся в дежурку, там все было благопристойно, мой клиент смирно сидел в одной из камер, свежевымытый пол влажно блестел и радовал глаз. Я подошел к дежурному, кивая на гражданина в сером свитере:

— А что за скандал то был с утра?

— Да твой псих в коридоре мужику какому-то в нос заехал, а потом, представляешь, кровь с кулака слизывает и говорит: «Земляк, а ты вкусный, я тебя потом съем».

— А зачем наручники с психа сняли?

— Мы психиатрическую бригаду вызвали, а он пообещал, что больше так шутить не будет, так как в больницу не хочет.

— А пострадавший то где?

— Пострадавший сказал, что претензий не имеет и ушёл от греха подальше. Объяснение вот. — дежурный протянул мне исписанный неровным почерком лист сероватого казённого бланка. Ну да, все верно, Иван Башкатов пояснил, что сегодня утром он в помещении отдела милиции поссорился с ранее незнакомым ему человеком, что их ссора является его личным делом, претензий по данному делу он ни к кому не имеет, больше по данному вопросу просит его не беспокоить.

Следующий час я сидел, ни на секунду не отвлекаясь от фигуры своего собеседника. Гражданин Ангелов Борис Владимирович (фамилию он зачем-то сменил перед первым убийством), казался мне медведем в человеческом обличии. Огромный, физически развитый мужчина, добродушно улыбался, глядя на меня по детски наивными голубыми глазами. Но картинка, как этот «олимпийский мишка» чуть не придушил помощника дежурного, а потом и меня, причём не глядя и одной рукой, заставляло меня быть в постоянном напряжении.