Книга Охотники за дурью, страница 108 – Роман Путилов

Полковник выглянул в коридор и крикнул, ожидающему конца нашего разговора на кухне, следователю: — Мариночка…кхм, Марина Владимировна, давайте, с деда смывы сделайте, потом отряхните, все наркотики с поверхностей собрать, упаковать и в лабораторию. Деда за хранение привлекайте…

— Товарищ полковник, но он говорит…

— Марина Владимировна, мало ли что вам жулик говорит? Он прекрасно знал, что это, но он не вызвал милицию и не сдал наркотики, а когда сюда, ворвался Громов, он напал, зная его, как сотрудника милиции, напал на него с предметом, используемым в качестве оружия, после чего попытался уничтожить улики. Насчет дочери его тоже с прокуратурой созвонитесь, чтобы они решали вопрос с ее привлечением к ответственности за нападение на сотрудника. В общем, работайте, я поехал.

Тихий Центр.

Новый дом.

— Паша? Привет, с наступившим.

Обернулся и обнаружил у себя за спиной директора Завода с супругой, которая кисло мне кивнула. Ну а директор улыбался во все свои тридцать два зуба.

— Здравствуйте, Григорий Андреевич. Как вам квартира? — я спустился на две ступеньки и пожал протянутую руку.

Директор делал вид, что рад меня видеть, а ведь последние две недели меня не принимал, выдавая указания исключительно через моего юриста — Валентину. И платеж за два месяца задержал, паскудник.

— Да, квартира хорошая, слов нет. Ремонт только сделать и для дочери будет отличное жилье. Так что, Павел. Спасибо тебе, сделал, что обещал. Сейчас здесь квартиры уже в полтора раза дороже стоят, чем мы вложили.

— Рад был услужить. — изобразил я радостный оскал и хотел распрощаться с начальственным семейством, но Григорий Андреевич поймал меня за рукав куртки:

— А что у тебя с головой? Тебе в больницу не надо? А то мы можем отвезти.

Жена директора, не любящая меня давно и самозабвенно, стоя за спиной мужа, в негодовании закатила глаза, но я успокоил ее, отказавшись от помощи.

— Спасибо, Григорий Андреевич, но я только что из больницы. Там все нормально, без последствий. В небольшую аварию попал и голову ободрал. Через три дня сказали, что все заживет.

— Ну ты давай, не теряйся. Как выздоровеешь, ко мне заходи, есть тема для разговора. — директор взмахнул рукой и взяв жену под локоток. Повел ее вниз по лестнице, а я пошел на свой пятый этаж. Где меня с утра дожидались два лохматых и нуждающихся в заботе, существа. Надеюсь, завтра ко мне не припрется очередной Наглый, и даст мне выспаться. Я уже сильно пожалел, что, как правильный сотрудник, записал свое новое место жительства в схему действий по тревоге. Хотя, выспаться завтра не получится. Сегодня последний день беспокойных Новогодних праздников, и мне надо бежать к открытию в Бюро технической инвентаризации, с запросом к местным тетушкам о доступе к документам купли-продажи квартиры, принадлежащей сейчас гражданину Бубнову. По-моему, в отношении обвинения меня в мошенничестве с деньгами семейства Бубновых можно ставить точку, им все сейчас будет не до меня, больно уж начальник РОВД оказался обозлен сегодняшней историей. По его мнению, жена и тесть Бубнова должны были сидеть тихо, как мышки, а не бить его сотрудника по голове, и полковник позвонил в прокуратуру, объяснив товарищу — надзорному органу, что на этот раз он не будет равнодушно относиться к отказу прокуратуры возбуждать дело о нападении на сотрудника милиции. Да и от наркотиков Бубнову — старшему отмыться, в прямом и переносном смысле этого слова, будет очень трудно. Хотя, наверное, старого пердуна отмыли от покрывавшего его и одежду белого порошка, ибо я с трудом представляю человека, который рискнет помещать в изолятор временного содержания человека, присыпанного качественным героином.