Книга Тень, страница 84 – Роман Путилов

Последствия у этой истории были. На следующий день в калитку нашего дома постучал участковый, к которому вышла Ира. На его вопросы заспанная доктор Кросовская заявила, что только что явилась с суточного дежурства на станции «скорой помощи», поэтому ничего подозрительного видеть или слышать она физически не могла. По тому, что милиционер не задал девушке ни одного лишнего вопроса, я понял, что основной версией является убийство тремя приятелями четвертого. Сотрудники местного РОВД решили не множить сущности, а идти по самому логичному пути, для чего надо только выбрать из трех задержанных самого неуравновешенного и давить на него из-за всех сил.

Отделение травматологии и хирургии Областной больницы.

Давненько я не был в этом огромном комплексе зданий, что расположилось на месте бывшего кладбища, что, безусловно, не прибавляет здоровья пациентам медицинского учреждения. Помню, совсем недавно кто-то умер в соседнем корпусе, прямо на лестнице… Но ладно, я здесь, все равно, по другому вопросу.

Мордатый любитель пострелять в милиционеров из охотничьего ружья лежал в отдельной палате, пытаясь нажимать на все доступные рычаги и струны, дабы «порешать» что-то по своему делу, но пока все его усилия буксовали на месте. Сначала все казалось легко — есть два мента, которые по «беспределу» приехали на его участок, начали задавать свои тупые «ментовские» вопросы его строителям, в общем вели себя не «по чину», а когда депутат Городского совета, на пару со своим охранником, решили преподать зарвавшимся ментам небольшой урок чинопочитания, начался полный «беспредел».

Семен Семенович Сорокин осторожно прикоснулся к перевязанному бедру. Он уже стер собственной в памяти, как заехав на свой участок, посмотреть, как идет строительство загородного дома, он пришел в бешенство при виде типа в «ментовской» форме, а узнав, что второй мент пошел осматривать его дом… Конечно, нужные люди обещали Семен Семеновичу, что информация о его привлечении к уголовной ответственности по сто семнадцатой статье из архивов областного УВД исчезнет, но лютая нелюбовь к ментам, которую он пронес с юности, никуда не делась. Рука сама собой потянулась к заднице, через которую, много лет назад, озверевшие менты выбили из него признание о том, как юный Сема с парочкой друзей «побаловались» с одноклассницей, предварительно напоив ее крепленым вином. Нет, нет, никто Семе палку в попу не вставлял, просто с него спустили штаны и пороли широким ремнем, пока он не вспомнил и не рассказал о том, кто держал пьяную девчонку, кто стягивал с нее трусы… А всего-то надо было этим ишакам дождаться папы Семена, что занимал немалый пост в городском торге, который бы порешал все вопросы.

В итоге папа все порешал, только через семью той дуры, которая отказалась взять новенькие «Левисы», а побежала к матери, такой же дуре, как она сама. Семен никогда не интересовался, сколько отец отдал за то, чтобы родители одноклассницы забрали заявление, но вот то, что папаша больше года не давал сыночку денег, Сема не забыл, и, когда отца «попросили» с занимаемой должности, по причине достижения пенсионного возраста, Семен Семенович о существовании родителя просто забыл. К тому времени, Сорокин –младший сам уже, получив в свое время от любящего родителя карьерный старт, сам достиг кое-каких успехов в политических раскладах Города, и старый торгаш стал ему не нужен.