Онлайн книга «Бомж»
|
— Присаживайтесь, молодой человек. — доктор грустно улыбнулся: — Расскажите, что с вами произошло. — Товарищ майор, мне действительно все рассказывать? — окликнул я Окулова, который, торопливо собрав какие-то бумаги, собрался покинуть свой кабинет, где расположилась психиатрическая бригада. — Конечно все, Паша, все рассказывай. Я пожал плечами и повернулся к врачу. — Я как понимаю, вас выезд в заброшенный дом интересует? Тогда слушайте — около половины двенадцатого ночи… Из моих сегодняшних собеседников седой доктор был самым адекватным и доброжелательный. Он не переспрашивал по десять раз, а точно ли напавшие на нас с Никой люди знали о том, что мы сотрудники милиции. Психиатра не интересовало, почему я не произвел предупредительный выстрел в воздух и почему я не стрелял в руку или ногу нападавшим, чтобы свести причиненный вред их здоровью к минимуму. Врач просто слушал меня с все понимающей улыбкой, задавал корректные вопросы, незаметно для меня подводя меня… — А вот ваши коллеги сообщили, что, когда они прибыли к вам на помощь, вы угрожали им и даже выстрелили в них из своего оружия… Вот и подошли мы к вопросу, ответы на которые мне было очень трудно сформулировать. Вопросы были очень опасные, которые могли привести меня в бывшие казармы Енисейского полка, в которых сейчас лечили граждан с неустойчивой психикой, которые готовы стрелять в своих боевых товарищей. А может быть отправят в бывшую пересыльную тюрьму, где располагается диспансер соответствующего профиля там тоже лечат таких, как я, я же там был на практических занятий в институте. Что за невезуха — нет бы, вспомнить, что-то важное и нужное, нет, там туман сплошной стоит. А вот палаты психиатрической лечебницы и странных людей в коричневых халатах, что вяло убирали прилегающую территорию я помню четко… — Молодой человек… — Простите доктор, вопрос вы трудный задали. Так вот, у меня, с людьми, которые прибыли на место происшествия первыми, личные неприязненные отношения, а я сегодня, по факту, двух человек на тот свет отправил, потому как увозила из «скорая помощь» в очень тяжелом состоянии. Я то знаю, что я все сделал правильно, но у прокуратуры в таких случаях, обычно, диаметрально противоположное мнение. И цена вопроса, в зависимости от того, кто докажет свою правоту, это лет девять пребывания на «зоне», куда я попасть не хочу. А направление мыслей прокуратуры зачастую зависит от положения тела, наличия ножика или вообще, стрелянной гильзы, поэтому для меня было важным оставить обстановку на месте происшествия в первозданном виде. А эти три товарища, не имея никаких оснований, поперли в этот подъезд… Извините, доктор, можете меня, конечно, с собой забрать, но я не хотел, чтобы после посещения этих «помощников» из подъезда что-либо пропала. Я попросил по-хорошему — «Товарищи, не надо вам сюда заходить», но нет, парни как шли, так и шли. И расскажите, товарищ врач, что я должен был сделать? А вообще, доктор, официально у меня в пистолете оказались бракованные патроны, которые могли застрять в стволе оружия или еще какую-то пакость сотворить. А у нас в РОВД условия для разряжения оружия нет, вот я и произвел отстрел бракованного боеприпаса в воздух. Ну что доктор, поедем к вам на работу, прочищать мне мозги магнезией и галаперидолом? |