Онлайн книга «Бомж»
|
Моего бывшего приятеля от меня оттащил взбеленившийся Борисыч, который вытащил из машины и меня и Конева, сейчас, по бабьи причитая, чистой тряпкой, пропитанной бензином, оттирал, заляпанную красным, обивку сиденья. — Идите вы ребята на х… — закончив убирать кровавые разводы, Борисыч сел в машину: — Я вас, придурков, не повезу. Ждите, сейчас дежурка или еще кто приедет. С этими словами он уехал, бросив нас, троих, при наручниках и с разбитыми мордами, посреди улицы Полярников. «Дежурка» приехала за нами через пятнадцать минут, а еще через десять меня вытащили из «УАЗика» у здания прокуратуры. — Диман, ты что так долго! — При нашем появлении из припаркованной рядом «Волгой» выскочили два парня: — Мы вас ждать запарились! Погоди, сейчас камеру настроим, и вы его еще раз выведете из машины… — Дима, пошел ты на х…! — Конев, будучи в полном моральном раздрае, подхватил меня под локоть и поволок в помещение прокуратуры, оставив Плотникова, стыдливо закрывшего опухшее, с ссадинами от наручников, лицо несвежим носовым платком, объяснятся с журналистами. В коридоре, в полном молчании мы ждали около двух часов — прокурор устаивал накачку своим следователя и помощникам. Потом злые Кожин и Прокофьева пятнадцать минут пили чай, отходя от совещания с начальником, и лишь после этого нас пригласили в кабинет. — Плотников, что у тебя с лицом? — Ирина Евгеньевна подняла глаза от бумаг и только сейчас разглядела прибывших сотрудников милиции. — Кошка поцарапала. — А с Громовым что произошло? Тоже кошка оцарапала? Все отмолчались. — Понятно. Громов, ваша фамилия имя, отчество? — Фамилию свою не знаю, им отчество мне тоже не известно. — Громов, своим поведением вы только ухудшаете свое положение. — следователь положила ручку и строго, как учительница младших классов на первоклассника, посмотрела на меня: — Вы понимаете, что я могу… — Вы, гражданка следователь, ничего не можете, поэтому не надо меня пугать, а на дурацкие вопросы я отвечать не буду. — … — следователь пару минут «сжигала» меня своим взглядом, но, поняв, что ситуация заходит в тупик, стала переписывать шапку протокола допроса с какой-то справки. — Громов, вчера в ходе обыска в вашей квартире было… — Я прошу прервать допрос и дать мне бумагу с ручкой, чтобы я мог написать заявление прокурору о незаконном обыске в принадлежащей мне квартире. Ночью я думал разогнать тему о том, что квартира мне не принадлежит, так как я ее продал, но подумал, что не стоит втягивать Игоря в эту историю и отказался от такой линии защиты. — Допрос я прерывать не буду, ручку и листок я вам дам. — мне бросили письменные принадлежности: — Все, можно продолжать? — Можно. — я подтянул к себе листок и ручку, и замер — писать в наручниках было неудобно. После нескольких предварительных вопросов — с кем живу в квартире, бывают ли у меня дома посторонние, следователь перешла к главному. — Под ковром, в большой комнате, а также в шкафу, под постельным бельем, во время проведения обыска, в присутствии понятых были обнаружены и изъяты двадцать три пакетика из фольги, содержащие порошок бежевого цвета, направленные сейчас на экспертизу. Что вы можете сказать о содержимом этих пакетов? Я могу сказать, что вы, гражданин следователь, круглая дура… |