Онлайн книга «Ничего личного»
|
Февраль 1993 года. Локация Завод. Кабинет главного бухгалтера. — Ну что, чем меня обрадуете? – голос генерального директора звучал из спикерфона, установленного на столе Елены Анатольевны, удивительно бодро и напористо. Очень сложно поверить в то, что его обладатель пока способен передвигаться только в кресле-каталке. — Григорий Андреевич, у нас все движется…- преувеличенно жизнерадостно заговорила главный бухгалтер: - Сверку с контрагентами сделали, двести тысяч списали, как выявленные по срокам давности… — Лена, а я не понял, двести тысяч – это с какого времени долг? — С восемьдесят девятого… — Стой, ты хочешь сказать, что это с того времени сумма висит? – бодрость в голосе генерального незаметно сменился на лязг металла: - Я же тебя просил, чтобы ты все проверила, когда Брыля убрали! — Ну, Григорий Андреевич, кто-то акты сверок в черновики спрятал и в балансе поковырялся… — Я тебя понял, мы с тобой потом, отдельно, поговорим. Павел? — Слушаю внимательно, Григорий Андреевич! — Я тебе лично попрошу – попробуй что-то сделать. — По закону – сразу говорю, что нет… — А если не совсем по закону? Кстати, что за дебитор? — Какой-то «Алтайснабсбыт», разовая сделка, больше с ними отношений не было. — Паша, разберись и потом мне лично доложишь. На следующей неделе жду твоего звонка. Что еще? Дальнейший ход заседания комиссии по регулированию задолженности шла без каких-либо сюрпризов – все что-то сделали, несколько процентов «дебиторки» урегулировали, еще часть долгов, в перспективе, списалась бы путем трехсторонних актов взаимозачетов. Я доложил, что юридическая служба сдала в канцелярию около пятидесяти процентов формальных претензий, дело только в оплате марок и конвертов. В общем, шла незаметная, да, если откровенно, самая легкая часть работы по урегилированию огромной, многомиллионной массы долгов. Начало марта 1993 года. Локация Завод. — Здравствуйте, Григорий Андреевич. Как ваше здоровье? — Привет, Павел. Честно говоря, не очень. Со вчерашнего дня боли мучают, ни одни таблетки не помогают, шевельнуться не могу. Мне тут посоветовали яд змеиный заказать от боли в спине, может быть поможет. Ладно, это дело тебе неинтересно, с чем звонишь? — Докладываю, что по «Алтайснабсбыту», который в восемьдесят девятом году получил от Завода перечислением двести восемьдесят шесть тысяч рублей, мне удалось найти только копию договора, оригинала нигде нет. А первом пункте договора указано, что предметом поставки являются автомобили, в соответствии и в сроки, указаны в спецификации, являющиеся приложением номер один к настоящему договору… — Ну и? — Что «и», Григорий Андреевич? Больше ничего нет, ксерокопия договора на двух сторонах лица и все. — И что теперь делать? — Не знаю, Геннадий Григорьевич. – я пожал плечами, хотя собеседник не мог меня видеть: - По закону ничего. Договора нет, сроки прошли. — Это сколько по тем ценам получается, а, Павел? — Ну, тогда «Ниву» я покупал за десятку, в кредит, «ВАЗовские» «шестерка» или «девятка» примерно столько же стоили. То есть, если на автомобили перевести, то двадцать восемь-двадцать девять новых автомобилей, примерно так. — Павел, а если подумать? — Если подумать, Григорий Андреевич, то все это выходит за границы рамок существующего между нашими организациями, договора. И, вообще, очень скользкая ситуация… |