Книга Ничего личного, страница 101 – Роман Путилов

Глава двадцатая.

Посттравматический синдром.

Май 1993 года

Локация – Городская больница.

Российская больница в девяностых годах – серьезный квест на выживаемость, благо Советская Армия за два года подготовила меня к предложенным государством условиям, да, присущая черепно-мозговым травмам сонливость помогла первые сутки пребывание в больнице, так как я в основном спал. Через сутки ко мне прорвалась Наташа (пятьсот рублей за халат бабушке в гардеробе, и ты смело проходишь, как будто имеешь пропуск, подписанный главврачом). Моя блондинистая фея принесла комплект постельного белья (казенное, с подозрительными пятнами и дырками было сдано сестре-хозяйке), ужин и завтрак в судках, после чего ее утащил «поговорить» в ординаторскую мой лечащий врач, которого я увидел впервые, так как утренний обход я проспал.

Пришла моя подруга минут через пятнадцать.

— Там доктор денег просит, пятьдесят тысяч, на медикаменты и перевязочный материал.

— Пошел доктор в попу. Рентген показал, что гематом или иных повреждений у меня нет, мне пару уколов при поступлении поставили и с утра антибиотики вкололи, что я до сих пор в заднице кирпич ощущаю. Я все равно, через пару дней, отсюда выпишусь, перед выпиской принеси, пожалуйста бутылку «Хеннесси» в бордовой коробке и пять тысяч, доктору за глаза будет. И продукты больше не носи, я прекрасно кашей обхожусь, а суп с перловкой здесь просто шедевр. Лучше подумай, чем на следующей неделе будем заниматься. Я до начала июня, уверен, на больничном пробуду, а потом у меня до конца месяца Госы.

— Меня никто не отпустит, у меня отпуск по графику в конце года. Да и у тебя, наверное, отдохнуть не выйдет. – Наташа протянула мне записку. Судя по ее содержимому, вчера мне на домашний телефон звонила Валентина, сказала, что у меня арбитраж в Кемерово через три дня.

— Да…блин! – я опустил ноги и нашарил стоящие у кровати тапочки: - Даже поболеть нельзя, опять куда-то бежать нужно.

Доктор, к которому я зашел, поинтересоваться насчет выписки, поняв, что спонсировать свое пребывание на вверенной ему больничной койке я не собираюсь, согласился, что здоровье мое позволяет выписать меня уже послезавтра, а больше мне от него ничего было не нужно.

В день выписки мне пришлось расстаться не с одной, а с двумя бутылками импортного коньяка – одну, как и планировал, я отдал лечащему врачу, в знак глубокого уважения, а вторую я вручил терапевту поликлиники УВД, чтобы он мне сразу выписал лист нетрудоспособности на десять дней, без этих глупых промежуточных посещений ведомственного медицинского учреждения. После поликлиники УВД я помчался к Дорожному РОВД, где переставил две мои оставшиеся машины по разным углам. Не стоит следователю, что будет проводить проверку показаний на месте с Аней, забивать голову лишними вопросами о принадлежности трех, выставленных на продажу машин одному и тому же человеку, тем более действующему сотруднику.

На следующий день.

Локация – город Кемерово.

Судья арбитражного суда посмотрела на меня…сочувственно?

— Когда уведомление пришло за отсутствием получателя, мы сами проверили реестр юридических лиц и установили, что ответчик две недели назад был ликвидирован, в соответствии с чем я вынуждена в вашем иске отказать. Вы, конечно, можете обжаловать мое определение, но…