Книга Угонщик, страница 116 – Роман Путилов

— Я, конечно, не медик, но почитать бумаги всё-таки хотелось.

— Света, дай ему бумаги, пусть при тебе сидит, сколько ему вздумается. Только выносить из зала не позволяй. Лучше бы адвоката хорошего поискал. — громко фыркнув, судья быстро прошла свой кабинет, примыкающий к залу судебных заседаний и захлопнула за собой дверь. Заботится обо мне, волнуется, наверное, я ей понравился. И имя у женщины загадочно-эротическое — Эмма. Знал я одну Эмму. Когда она представлялась, при этом делала грациозный книксен — это было настолько прекрасно, что я чуть из штанов не выпрыгивал.

— Громов! Громов! — оказывается, мечтая о судье, что будет приседать передо мной в книксене, я выпал из реальности, в которую меня пыталась вернуть девочка-секретарь: — Вы бумаги будете смотреть, или так домой пойдете?

Ну хоть подсудимым не называет. Я улыбнулся симпатичной работнице судебной системы:

— Ну конечно буду. Где мне можно присесть, чтобы вам не сильно мешать?

Следующие полчаса я потратил на то, чтобы досконально переписать все медицинские бумажки, которые принёс в судебное заседание адвокат противной стороны, со всеми, содержащимися на трех листах, сокращениями, аббревиатурами и невнятно записанными словами.

Поблагодарив девушку — секретаря за выданных мне три чистых листа бумаги, я окончательно распрощался с судебными органами до двадцатого августа. Стоя на высоком крыльце районного и областного судов, что занимали на пару четыре этажа административного здания, я впал в глубочайшую задумчивость. Естественно, адвоката я искать не собирался. Да и не поможет мне защитник. В правовых вопросах я не хуже адвоката разбираюсь, во всяком случае, на уровне районного суда, а вот адвоката, что разберется в медицинской части дела я, наверное, и в Москве не найду. Следовательно, защита от постороннего лица, мне не нужна. Он либо возьмёт деньги и будет изображать кипучую деятельность, либо, если я денег не дам, просто не будет ничего делать.

Раз адвокаты в моей ситуации бесполезны, то мне нужен доктор, причём доктор сведущий в гинекологии и родовспоможении, а также, такой, чьи руки не связаны врачебный корпоративной солидарностью. И такой доктор у меня, теоретически, имеется, если мне удастся построить наш разговор в правильном ключе.

На моё счастье мой любимый гинеколог (другого у меня всё равно нет) вёл приём страждущих. Дождавшись, когда одна милая дама покинет пыточный аппарат, по ошибке названы гинекологическим креслом, а другая, не менее милая, на него еще не взгромоздилась, я лихо ворвался в, запретный для мужиков, если они не гинекологи, медицинский кабинет.

— Доктор, добрый день! Пойдёмте, покурим.

— Опять вы! — лицо врача стало глубоко скорбным: — Я же вам прошлый раз всё рассказал.

— Доктор, остались еще вопросы. Пойдёмте, покурим, сердечно вас прошу.

— Пять минут подождите пожалуйста, а то он не отстанет! — Доктор Давидович Яков Леонидович, мелкий жулик на ниве медицины, кивнул, растерянно переминающийся возле ширмы, пациентке и, сердито сопя, вышел вслед за мной на крыльцо районной женской консультации.

— Что вам ещё нужно? Поймите, я вам прошлый раз всё, что знал, рассказал, и больше ничем помочь не могу.

— Дорогой Яков Леонидович, поменьше праведного гнева, а то я сейчас расплачусь. Если вы забыли, то я напомню — из-за ваших липовых бумажек на меня возбуждено уголовное дело, но я, вместо того, чтобы раздуть скандал и отправить вас туда, куда хочет отправить меня ваша клиентка, я отнесся к вам с уважением, попытался найти компромиссы. А вы мне не рады, как не родной!