Онлайн книга «Исполняющий обязанности»
|
— Все, я понял, что разговор не получится, всего вам хорошего. — И ты не хворай… — дверь за моей спиной захлопнулась, чтобы через пару секунд вновь распахнуться. — Эй, Громов, иди суда… — Что-то забыли? — я настороженно обернулся. — Иди сюда, не бойся, я не укушу — противная бабка отступив в глубь квартиры, манила меня рукой. Я пожал плечами и вошел в квартиру. — Извиняй меня, что-то я погорячилась. Давай, присаживайся, поговорим. — Слушая вас. — Ты не дуй губы, я же извинилась. С чем ты народ обходишь, я слышала. Про докторшу нашу плохого сказать ничего не могу. Девица вежливая, знающая, обходительная. У меня была месяц назад, у меня температура под сорок была, вот я ее на дом и вызвала. Никаких чудо-таблеток она мне не предлагала, выписала микстуру от кашля и парацетамол. — Спасибо, конечно, за информацию… — А ты надеялся, что я тебе расскажу, как она отраву людям продает? — Я надеялся на информацию, которая мне поможет… — Ну ты не там копаешь, мент. Врачица наша на такое не способна, по ней же видно, что она тюха-матюха. А тут надо, чтобы в человеке духовитость была. — Для чего духовитость? — Ты меня за дуру то не держи, я у «хозяина» за две ходки «пятнашку» отмотала, а там тогда такой народ сидел, не чета нынешним. Я же от женщин слышала, что у покойниц деньги пропали, и якобы им какой-то доктор им чудо— лекарство, от всех болезней, за большие деньги обещал. А дальше то вообще просто. Если ты второй день тут бегаешь, а покупателей чуда таблеток не нашел, значит их и нет, живых во всяком случае. А если их живых нет, то значит таблетки эти всех на тот свет отправляют, а не по случайности, типа такое лекарство сильное, что от улучшения здоровья сердце не выдержало. А если бы я отраву продавала, я бы на месте отравителя должна была бы убедится, что человечек точно на тот свет отправился, и никакие врачи его не успели откачать. Правильно я говорю? — А вас как по имени — отчеству величать? — Матрена Васильевна Огородникова, одно тысяча девятьсот двадцать восьмого года рождения, тринадцатого февраля. А ты почем спрашиваешь? — Так вы так рассказываете подробно и со знанием дела… Вы по каким статьям сидели? — В сорок шестом году по сто шестьдесят седьмой статье УК, по третьей части, за разбой, вооруженный. А в шестьдесят девятом за растрату села, но там уже совсем другая история. И не смотри на меня, в сорок восьмом году молодая была, глупая, с жиганами козырными связалась. А я молодая была отчаянная, да с войны у меня шпалер оставался. Вот меня с ним и приняли…Ну и дали по полной. Так что, мне все эти расклады как открытая книга. — Это все конечно интересно, но пойду я. Рад был знакомству и так далее… — Ты погоди, молодой, я че сказать хотела… — Слушаю. — У бабушки денежек мало… — Не понял? — А что ты не понял? У бабушки пенсия маленькая. Очень маленькая. А поломойкой подрабатывать я не пойду. Может ты мне, командир, что посоветуешь? — А что посоветовать то? Я никак не разберу, уважаемая, что вам надо? — Командир, может бабушка тебе чем пригодится, за денежку малую… — Поработать хотите? А ничего не смущает? — Знаешь, командир, когда ты старая и никому не нужна, уже ничего не смущает. — И на какие суммы вы рассчитываете? — Да мне сколько не дай, все хорошо будет. Ты же бабушку обманывать не будешь? |