Книга Квартирник, страница 66 – Роман Путилов

Я быстро обошел подъезд, выполняя бесполезный, но обязательный ритуал — «поквартирный обход», выписал справку в том, что никто из жильцов девятиэтажного подъезда ничего не видел, не слышал и не мог рассказать о безобразии, случившемся на пятом этаже. Гордые (чуть не упустили злодеев, но победителей не судят) бойцы вневедомственной охраны привезли испуганную хозяйку жилья, которую тут же успокоили, что вещи все изъяты и не зря она ежемесячно платила три рубля за услуги родной милиции. В общем, все было как всегда, криминалист даже умудрился изъять хорошие «пальцы» с полированной поверхности шкафа. Через два часа мы, опер, следователь и эксперт ЭКО, предвкушая скорый обед, спустились к ожидающей нас у подъезда, но злой водитель сообщил, что обед переносится на неопределенное время, а нас очень ждут в на Бродвее, в здании одного из громадных проектных институтов, что ограняли Сердце Города.

Девятиэтажное безликое здание, как говорится, из стекла и бетона, имело много подъездов. Нужный нам находился с торца дома и был украшен скромной, темно красной вывеской «Центр научно-технического творчества молодежи при Дорожном комитете ВЛКСМ». За стеклянными дверями находился с слабоосвещенный холл, с лестницей, ведущей на верх. В лево и в право холл имел, занавешенные черной тканью, ответвления, откуда в разнобой доносилась, уже подзабытая мной озвучка импортных фильмов, присущая началу эры капитализма. Гнусавый голос Вениамина Володарского превалировал. Посреди холла стоял обычный конторский стол с пачкой каких-то билетов на поверхности, за которым сидел молодой человек, вскочивший при нашем появлении.

— Здравствуйте, вы на кражу приехали? Вам на третий этаж.

Проходя к лестнице я увидел на стене листок с расписанием сеансов видеосалона. Работал он с девяти часов утра и до одиннадцати часов вечера, и радовал неискушенного зрителя «Кровавым спортом», «Робокопом» и так далее, на ходу не успел все прочитать. Второй этаж встретил нас закрытыми дверями, украшенными табличками «Творческая студия» и «Лаборатория молодежного творчества». Третий этаж был без таблички. По странной прихоти проектировщиков, на лестничную площадку выходила только одна двухстворчатая дверь, распахнутая настежь. За дверью был длинный коридор, некоторые двери были открыты, оттуда выглядывали любопытные лица, преимущественно молодые.

— Суда, товарищи, проходите сюда! — в конце коридора призывно махал рукой высокий мужчина лет тридцати.

— Здравствуйте, а вы разве без служебной собаки?

— Здравствуйте, а зачем вам собака? — я отодвинул мужчину и заглянул в просторный кабинет, вход в который он загораживал своим телом, облаченным в хорошо сидящие брюки и рубашку с маленьким воротничком-стойкой.

— Ну как, мы думали, что собака след возьмет и в кабинет не заходили, только Нина Михайловна, что кражу обнаружила. Остальных я внутрь не пускал.

— На этаже сколько у вас человек работает?

— Ну, наверное, человек двадцать.

— Каждый, наверняка, к двери подошел и любопытный нос сюда засунул? А с других этажей люди подходили?

— Ну да, у нас сегодня конференция молодых рационализаторов, многие интересовались. Но вы сам виноваты, мы вам час ждем!

— Дорогой товарищ, у нас на район одна следственно-оперативная группа. Как с пред идущей кражи освободились, то сразу к вам, даже без обеда. А теперь отойдите в сторонку, раз мы с вами поняли, что привозить суда служебную собаку смысла нет, она в какофонии запахов полусотни человек разобраться не сможет.