Книга Каратель, страница 83 – Роман Путилов

Глава двадцатая. Разборка в Маленьком Токио

Подняли нас в семь утра. Восемь человек и старший — старший сержант Пахомов, беззлобно матерясь в сторону парочки счастливчиков, остающихся в казарме а также тех, кто этой ночью крепил контакты с местным населением по другим адресам. Наскоро закинув в себя по бутерброду с холодной тушенкой из отрядного НЗ, который на общие деньги закупили в гостеприимном магазине и наскоро приведя себя в порядок, двинулись в РОВД по срочному вызову, поступившему от дежурного по отдела. Ровно в восемь часов собрались в Ленинской комнате, злые и не выспавшиеся.

— Задача на сегодня — выезжаете со старшим участковым капитаном Гооловым в поселок Хайган. — начальник РОВД махнул рукой в сторону участкового с круглым как луна лицом цвета кирпича: — В течении дня проводите рейд под его руководством по соблюдению общественного порядка, профилактике правонарушений. Сотрудники ГАИ работают по своим задачам. Вечером, в восемнадцать часов сворачиваетесь и обратно и самостоятельно прибываете в Улус. Вопросы есть? Вопросов нет. Капитан, забирайте их.

Старший участковый не переставал улыбаться ни на минуту. Он был так нам рад, всем и каждому в отдельности, что это пугало. Загрузившись в «УАЗ» участкового и ГАИшные «шестерки», мы, небольшим караванчиком, по утреннему холодку, выехали в Хайган.

До Хайгана было около восьмидесяти километров узкой, но ухоженной, асфальтированной дороги. Население поселка было на сто процентов местное. Чем оно том занималось? Капитан Гоолов, в машину которого я попал, уверенно вертя баранку, улыбаясь и одновременно посвящая нас в жизнь республиканской глубинки, сказал, что кроме как сельским хозяйством, заниматься в поселке, практически нечем. Советскую милицию в таежном уголке представляют два участковых — товарищ капитан и старший лейтенант Мангулов, который сейчас находиться в отпуске. Так как участок обслуживания участковых включает еще три деревни, то оставшись без напарника, капитан несколько задолбался, поэтому сегодня мы поможем ему подправить показатели. Ведь правда, парни? Сегодня всех построим!

При этом участковый, который половину времени не следил за дорогой, а оборачивался к нам за подтверждением его планов, мечтательно закатывал узкие глазки, а улыбался так широко, что казалось его толстые, как у хомяка щеки, сейчас треснут. Казалось, что узкая полоска дороги будет изгибаться вокруг сопок бесконечно, но и она кончилась, и мы въехали в привольно раскинувшееся село, застроенное, в основном, одинаковыми кирпичными домами на две семьи. Машины развернулись на небольшом пятачке перед небольшим, двухэтажным зданием из железобетонных панелей, облицованных белой смальтой. Половина панелей были глухие, немногочисленные окна были прикрыты толстыми прутьями решеток, вопреки противопожарным правилам, наглухо вмурованным в бетон. Справа от металлической двери гордо алела вывеска «Опорный пункт милиции».

Появление сил правопорядка оживление в населенном пункте не вызвало. Людей на улице было мало, народ равнодушно шел мимо, не обращая внимание на нашу могучую кучку, выгружающуюся из машин. Вручив Пахому ключи от «опорника», старший участковый завел, стоящий здесь же, бортовой «ГАЗ-52», увлек за собой оба экипажа ГАИ, предложив нам работать по задержанию на улицах села пьяных и других антисоциальных элементов. Очевидно, работать с техникой, старший участковый Гоолов любил больше, чем с людьми.