Книга Начало, страница 70 – Роман Путилов

— Открывайте, это инспектор по оружию, проверка.

Понятно, человек занимается работой. Я двинулся дальше.

Дверь крайнего подъезда резко распахнулась, оттуда вышел еще один полицейский с ружьем на плече и какими-то бумагами в руке, и стал придерживать дверь, чтобы она не ударила его коллегу, что нес уже два ружья в втянутых вперед руках. Свою добычу стражи правопорядка стали укладывать в кузов грузовичка. Я как раз поравнялся с этим транспортным средством — кабине дремал смуглый водитель, в темно серой майке и надвинутой на глаза черной бейсболкой с вышитыми золотистыми буквами «I love London». В устеленном брезентом кузове уже лежал с десяток стволов охотничьего оружия и несколько пластиковых пакетов с коробками от патрон.

— Ну что, к шести закончим? — полицейский с бумагами озабоченно что-то рассматривал в них: — Еще шесть домов осталось.

— Должны, пока то быстро идем по графику. — его коллега улыбнулся белозубой улыбкой счастливого человека, выполняющего важную и нужную работу.

Сах и его друг весь путь до моего дома тащились за мной, держась правда, на почтительном расстоянии. А в свой двор я зайти не смог — на калитке висела толстая железная цепь, домофон не работал. Такая же цепь висела на сдвижных воротах, крепко примотав решетку ворот к опорному столбу.

— Пап! Ты меня хорошо слышишь? — соединение произошло только с третьего раза, связь за последние несколько дней стала работать хуже.

— Я хорошо тебя слышу! — голос отца был сух: — Ты когда дома будешь?

— Так я возле калитки стою, а тут все перекрыто.

— Ну да, перекрыли мы въезд. Иди через калитку, что на пляж выводит…

— Папа, а что вообще происходит?

— Давай домой, не по телефону.

К нашему дому, со стороны Реки, примыкал единственный невыкупленный застройщиками, частный участок. Засыпной дом с покосившейся крышей, глухой забор, огораживающий двор и огород в шесть соток, принадлежал очень пожилой женщине, которая ни за что не хотела продавать свою недвижимость. Недолгие уговоры упрямой старухи сменились угрозами, а потом мерами воздействия — дорогу к бабкиному дому перекопал экскаватор, провода электроснабжения были отсоединены по причине нарушения правил техники безопасности, а единственную, оставшуюся в округе колонку водопровода снес неловко разворачивающийся напротив домика самосвал. И вот, когда бабка оказалась отрезана от всех благ цивилизации, грянула гроза.

Старуха, что отказывалась даже разговаривать о обмене своей завалюхи от однокомнатной студии со всеми удобствами в новом доме, оказалась последней и единственной в Городе, оставшейся в живых, Героем Союза, бывшей летчицей полка «ночных ведьм». Кто-то очень расчетливо фиксировал на видео все случаи бесчинств застройщика, все моменты, когда тяжелая строительная техника кромсала и рушила строения на участке старушки. Эти кадры, с соответствующими комментариями, показала Городская студия телевиденья, в прайм-тайм, а через три часа проблема была поднята на одном из федеральных каналов.

А на следующий день, внезапно оказавшийся под камерами ток-шоу «Пусть замолчат» экскаваторщик обстоятельно рассказал, кто из руководителей застройщика, в присутствии каких-то топ-менеджеров дал ему указание разрыть дорогу, ведущую к дому бабули и тут-же продемонстрировал запись этого разговора, тайно сделанную на телефон. Заставкой этому шли кадры старой хроники, откуда в глаза зрителей смотрели молодые и красивые девчата с голубыми петлицами и иконостасами орденов, бесконечные списки выбывшего личного состава авиаполка, горящие самолеты и натруженные руки постаревшей, последней Героини.