Книга Начало, страница 7 – Роман Путилов

— А! Так ты не там ищешь!

— А где искать?

— В голову себе ткани!

— Да пошел ты! Говори, куда камеру спрятали, пранкеры хреновы! Если сам найду — все в унитазе утоплю.

— Я ничего не понял из того, что ты сказал. Давай ты ответишь на мои вопросы, а то мне кажется, что с ума сошел я.

Пацан снова внимательно вгляделся в свое отражение в зеркале, а потом ткнулся лбом в прохладную поверхность стекла и тихонечко заскулил:

— Мамочка, мамочка, я сошел с ума! Я перезанимался и сошел с ума. Мамочка, что мне делать? Что делать? Теперь только вспомогательная школа? Всю жизнь грузчиком?

Я подождал пару минут, но мальчонка не унимался, а методично запугивал себя безрадостным будущим учебы в какой-то шараге и работе сантехником до конца жизни.

— Ты закончил?

Паренек взвизгнул, по пытался опереться на раковину, но его руки безвольно соскользнули с гладкой поверхности, он неловко шлепнулся костлявым задом на выложенный красивой плиткой прохладный пол, закрыл лицо руками и медленно раскачиваясь, очень тихо завыл.

За дверью вновь раздались торопливые шаги, блестящая позолотой ручка нетерпеливо задергалась:

— Саша, тебе плохо, открой дверь немедленно.

Парень собравшись с силами, почти бесшумно вскочил на ноги и притворно-бодрым голосом ответил:

— Мамочка, у меня все в порядке! Я просто…пою!

Искреннее недоумение женщины за дверью чувствовалось даже сквозь глухую преграду:

— Саша, пожалуйста, не пугай так больше, не пой. У тебя очень тоскливая песня. У меня на кухне чуть сердце не остановилось.

— Ладно, мама, я больше не буду.

Парень снова стал вглядываться в зеркало, потом повернул какой-то тумблер на светильнике, и лампочки загорелись ярче.

Мальчишка долго глядел в самого себя, потом я уловил его мысли — полуразрушенные двухэтажные здания, худые люди в коричневых, засаленных халатах, вид на город с высоты птичьего полета, и мгновенно рванувшая навстречу земля. От мыслей парня я вздрогнул всем, что там у меня оставалось, и снова попутался достучаться до своего соседа:

— Если ты закончил думать о прыжке с крыше, то я все-таки задам свои вопросы…. И прошу, прекращай ныть, как девка. У меня от твоего нытья голова начинает болеть.

— Это моя голова, что хочу, то и делаю. Хочу ныть и буду ныть. А у тебя, наверное, вообще головы нет. Ты, вероятно, опухоль, какая ни будь в моих мозгах. Я про такое читал.

— А, точно, я опухоль. Сейчас разберемся, кто из нас опухоль. Расслабься и ни о чем не думай, просто постарайся полностью расслабится.

Я почти достал пальцем до кончика носа, но в последний момент мой сосед в испуге напряг руку, и она со стуком упала в раковину, так, что мальчишка сильно отбыл косточку на запястье.

Взвыли мы оба.

— Ты что творишь, больно же! Ну что, убедился?

— В чем?

— В том, что я не опухоль.

— Нет.

— То есть, ты допускаешь, что твоей рукой управляет разумная опухоль?

— Да ты пойми, механизм, воздействия метастаз на клетки мозга….

— Ты сейчас с кем разговариваешь? С метастазами?

— ………

— Тебя, когда те гаврики колошматить начали, им потом тоже опухоль наваляла?

— Я им сам навалял, я каратист!

— Кто?

— Каратист, у меня синий пояс.

— Не знаю, кто такой каратист, но подозреваю, когда я их буцкал, ты был в отключке, иначе я бы с ними не справился.

— Да я пять лет карате занимаюсь!