Книга Напряжение, страница 80 – Роман Путилов

Внезапно, покрытая дорогими обоями стена и пятикамерное пластиковое окно взорвались обрывками бумаги, крошевом стекла и осколками кирпича… Я свернулся на полу в позе эмбриона, молясь Богу, чтобы тот, кто сидел в башне полицейского бронетранспортера не занизил прицел… Грохот, рвущих комнату пуль калибром в четырнадцать с половиной миллиметров, оборвался, так же внезапно, как и начался. Я полежал еще немного, скорчившись калачиком на полу, потом заставил себя открыть глаза. Ухоженный, со свежим ремонтом, кабинет, за несколько секунд превратился в филиал Брестской крепости после немецкого штурма. В воздухе висела кирпичная пыль, стены зияли дырами и багровыми пятнами, шкафы превратились в кучу дров, а пинавшие меня охранники валялись на полу разодранными кусками мяса. От террориста и «бригадного генерала», неизвестно какой армии, Зияза Поля остались только ноги и плечо с рукой. Ноги я опознал по узконосым лаковым туфлям, которыми он пинал меня по ребрам, ну а плечо по новенькому, необмятому, погону.

Я вытащил из кармана смартфон, сделал несколько снимков остатков своего врага, макнул салфетку в кровавые ошметки, некогда бывшие тазом ублюдка, которую завернул в лист бумаги, сунув туда-же и погон с пальмой и саблей. Надеюсь, что американцы официально не отменили вознаграждение за голову этого злодея, и мне что-то получится с них стрясти.

Подобрав валявшийся в углу кабинета пистолет- пулемет, я нашел флажок предохранителя, взвел затвор и крадучись двинулся к выходу из помещения. Судя по приближающимся звукам автоматных очередей, мои опера и присоединившиеся к ним добровольцы из сотрудников нашего отдела полиции, смяли немногочисленную охрану службы безопасности, и сейчас настойчиво рвались наверх…

— Это Новицкий! У меня чисто! — гаркнул я, когда за, неплотно прикрытой двери приемной, перед кабинетом «генерала», раздался шорох осторожных шагов.

Через пару секунд из-за косяка выдвинулся ствол автомата и настороженное лицо детектива Миши Клюева.

— Спасибо, что вытащили…- я облегченно привалился к стене: — Как дела?

— Ниязов и Алтынов пошли наверх, чистить кабинеты, а Базилевич повел пацанов шмонать подвал, там пару раз стрельнули. Остальное все норм.

— Хорошо. — я с трудом отлип от стены — ноги почему-то плохо держали: — Сейчас надо обыскать все здание и все интересное изъять. Оружие, компьютеры, смартфоны — все. Делать все под камеру, раз понятых у нас нет и не предвидится. Когда зачистку здания закончите, БТР загоните во двор, мордой к выезду, а двух человек наверх, пусть наблюдают. Главная задача — не дать нас здесь зажать, пока мы отсюда сами не ушли, и не дать спалить «броню». Там два джипа во дворе, найдите ключи и грузите все изъятое с собой. Будем уходить — джипы возьмем с собой. Все, я пошел. Где, кстати моя рация и снаряжение?

В это время, искаженный помехами голос Александра Иосифовича Базилевича, искаженный помехами, срочно потребовал моего присутствия в подвале.

Первым кого я увидел, подойдя к лестнице, ведущей в подвал, была младший следователь Екатерина Золотова. Ее ножки, из-за навешанного на ней снаряжения, выглядели тоненькими и трогательными, могли вызвать умиление, если бы не сильнейшие сухие рвотные позывы, которые жестко сотрясали девушку.