Книга Комната их тайн, страница 19 – Клэр Дуглас

— Люблю вас, – шепчет Элис.

Они с Ташей делили спальню лишь недолгий период, когда были маленькими, а у Холли была собственная комната. Она до сих пор помнит ту спаленку младшей сестры, ее кроватку с мобилем-слоненком, как она лежала на спине и растопыренными ладошками, похожими на звездочки, тянулась к игрушке, что-то весело бормоча. Она была в их жизни всего четыре коротких месяца, и сейчас для Элис думать о Холли – все равно что вспоминать сон, когда уже проснулся: чем больше стараешься, тем он туманней.

Элис не говорила этого Таше, но она открыла для близняшек сберегательные счета. Она не знает, как сестра отреагирует на такую новость – у нее своеобразное отношение к деньгам. Но у Элис их в избытке – отчасти благодаря Кайлу, и она хочет позаботиться о девочках. Разве это плохо? Она знает, что у нее никогда не будет собственных детей, так почему же не поделиться с племянницами? У Таши с Ароном финансовое положение так себе – поэтому она и предложила им венецианскую квартиру. Какой смысл владеть чем-то хорошим, если не можешь поделиться с теми, кого любишь? Это всегда был ее девиз. Таша – одна из главных людей в ее жизни, а Арон для нее как брат. В мире, где ей приходится вращаться, полном богачей и влиятельных персон из сферы биохимии, находиться рядом с Ташей и Ароном, чуждых претензий и амбиций, – все равно что вдохнуть свежего воздуха. Несмотря на то, где она живет и как одевается, несмотря на ее деньги, Элис никогда не забывает о своих корнях.

Она тихонько закрывает дверь и идет в гостевую спальню, где ночуют они с Кайлом. Это тесная комнатка с окном, выходящим на очаровательный маленький сад, где растут яблони и стоит горка, которую Арон построил для близнецов. За садом – пруд; Элис даже жаль, что он кажется ей таким жутким. Когда-то она дразнила Ташу за увлечение всем сверхъестественным и страшным, поскольку ее собственный, логический и научный, мозг отказывался рассматривать даже возможность существования чего-то в этом роде. Но при виде пруда, особенно ночью, когда над ним клочьями, похожими на марлю, плавает туман, а камыши покачиваются на ветру, она словно попадает в роман Чарльза Диккенса.

Элис поплотнее задергивает шторы и поворачивается к кровати, где уже спит Кайл. Стоит и смотрит, как ходит вверх-вниз его грудь. Губы мужа чуть приоткрыты, дыхание пахнет алкоголем. Сегодня он выпил гораздо больше нее. Она ложится с ним рядом, и он сдвигается к краю, обнимая ее одной рукой. Элис прижимается к нему и пытается заснуть, но, поскольку она уже подремала перед телевизором, сон никак не идет.

Наверное, она все-таки засыпает, потому что, когда внезапно, рывком открывает глаза, ее тело покрыто по́том, а сердце отчаянно колотится. Несколько секунд она лежит не шевелясь, стараясь успокоить дыхание. Толкает в бок Кайла; тот сонно щурится.

— Что такое? – хрипло бормочет он, приподнимаясь на одном локте. – Что случилось?

— Не знаю… Но я что-то слышала. Внизу.

Кайл стремительно садится и отбрасывает одеяло. Встает на ковер и берет свой телефон с прикроватного столика. На нем только трусы-боксеры; кажется, он нетвердо держится на ногах.

— Уверен, там никого нет, но лучше пойду проверю.

Элис подтягивает одеяло к подбородку; сердце у нее по-прежнему колотится.