Онлайн книга «Искатель, 2007 № 10»
|
Я спросил не для того, чтобы получить ответ, но чтобы проследить за выражением его лица, за взглядом — он еще не был готов отрешиться от своих аналогий и заговорить нормальным человеческим языком, а в глазах ответ мог уже проявиться. Да, сказал его взгляд — так разговаривают с тяжело раненным, когда все лицо забинтовано, тело в гипсе, и лишь глаза живут, с глазами только и можно вести диалог: «Если да, моргните один раз, если нет — два». Он моргнул один раз. И сказал: — Что за чушь вы городите, синьор Кампора? Чушь. Конечно. Он так и должен был отреагировать. И я продолжал, не обращая внимания на его сопротивление: — …Этот человек — тот, что пострадал во взрыве, — женщина? Да, сказали его глаза. — Нет, — произнес он вслух, взгляд его оставался серьезным, а губы раскрылись в странной ироничной улыбке. — Конечно, нет. — Замечательно, — сказал я, не зная, чему верить больше — взгляду или улыбке. — Значит, мужчина. Пошли дальше. Подозреваемый, тот, кого вы не хотите назвать, — женщина, верно? Человек, заказавший взрыв, я имею в виду. — Да, — кивнул он, и взгляд подтвердил сказанное. — Женщина. Как вы догадались? Ну вот, хотя бы в этом он со мной согласился. — Неважно, — сказал я, улыбнувшись. — Если вы назовете ее имя, я смогу за ней проследить, определить связи… этим, собственно, мы и занимаемся. Вас, насколько я понимаю, интересует мотив? И способ? Ну и, естественно, все доказательства причастности вашей… подозреваемой? — Да, — сказал он со странным выражением в голосе, — интересуют. — А если я докажу… такое тоже случается, поверьте… что ваша знакомая не имеет к происшествию никакого отношения? — О, — сказал он, — это невозможно. — Вы уверены? — На все сто. Уравнения самосогласованны. Мне не понятен мотив. В начальных условиях нет такого параметра, и я не могу его… — Хорошо. Но если… — Вы все равно получите свой гонорар. Вам такой ответ нужен? — Отлично. Сейчас мы вернемся в офис, подпишем стандартный договор, вы внесете аванс — и за работу. — Хорошо, — сказал он и встал. — Погодите, — потянул я его за рукав, — еще кофе. Я никогда не ухожу отсюда, не выпив кофе, он здесь замечательный. Вы будете? Синьор Лугетти опустился на стул и посмотрел на меня так, будто не только никогда в жизни не пил кофе, но даже не подозревал о существовании такого напитка. — Кофе? — переспросил он, будто пробуя слово на вкус. — Да, пожалуй. Черный, без молока и сахара. — А пока нам принесут, — сказал я, кивнув официанту и показав два пальца, — вы мне назовите имя подозреваемой. Он поднял на меня все тот же взгляд человека, не очень понимающего, о чем его спрашивают, и готового лишь моргать: «да» или «нет». — Нельзя ничего сделать, если я не буду знать… — Я понимаю, — кивнул он. — Собственно… Проблема, видите ли, в том, что теоретически… — Меня не интересуют ваши теории, — я отпил глоток из маленькой чашечки, которая уже стояла передо мной, источая терпкий аромат, — меня интересует только имя, все остальное я выясню сам. — Так я и говорю… — Синьор Лугетти тоже поднес ко рту свою чашку, но пить почему-то не стал, долго принюхивался, будто ему принесли не лучший кофе во всем Риме, а бурду из уличного автомата. Поставил чашку на стол, не сделав ни глотка, и повторил: — Я и говорю, что имя… Это процесс вероятностный, причем вероятности меняются в зависимости от граничных условий… |