Онлайн книга «Искатель, 2007 № 12»
|
А в это время старший лейтенант лихорадочно искал ответ на вопрос, зачем ему понадобилась железная клетка. Сам ведь сподобился о ней спросить. Не найдя ничего другого, он пошел по Фединому пути и начал мысленно примерять железную клетку на голову охранника. Железную маску он спутал с железной клеткой. Слышал он краем уха про узника в железной маске. А железная маска у него ассоциировалась с рыцарским шлемом, надеваемым на голову, только грубее сделанным. Ящик на голове, одним словом. Участковый, как инквизитор, творчески подошел к делу, — Да вот хочу этого молодца на детекторе лжи проверить, — сказал он. — Полиграф он называется. Железный ящик с проводами. Ящик надевается на голову подозреваемого, или его туда всего запихивают, а потом провода подсоединяют к розетке. Ни один подозреваемый не выдерживает пытки болиграфом. Никакая дыба рядом с ним не стояла. Поэтому у него и название такое, состоящее из двух слов, боль и граф, болиграф. — Полиграф, — неуверенно поправил участкового охранник. — Нет, дорогой. Полиграф — это потом, когда у тебя голос сядет от боли. Будешь орать благим матом, уберите этот болиграф, а у тебя будет получаться сипло-сипло, чуть слышно — «полиграф». Феде одновременно хотелось и осадить, унизить этого расстригу-лейтенанта, и в то же время он боялся вступать в конфликт с законной местной властью. Какая никакая, а власть. Против ветра не будешь… Нет, не герой он, Федя. Себе дороже. И тут охранник допустил непростительную ошибку. Желая доказать всем, что он не последний человек в этом доме, в этой гостиной, и с хозяйкой на короткой ноге, Федя громко объявил: — Полина, я себе чаю сделаю! — и полез в горку с посудой. А из бара достал бутылку рома. — Я с ромом люблю! — объявил он остальным. Что ж, в любое другое время подобная фамильрно-беспардонная форма поведения сошла бы всего лишь за недостаток воспитания, но не сегодня. Каждый из присутствующих в гостиной сделал моментальный вывод, что Федя не первый раз здесь в гостях. Ох, как многозначительно посмотрели друг на друга Эдит и Костя Мясоедов. Их давешнее подозрение насчет сговора между Полиной и этим охранником Федей подтверждалось. Не эти ли голубки помогли Роману сгинуть в неведомой дали? Костя шепнул участковому: — Этот сучок чувствует себя в этом доме хозяином. Старший лейтенант удовлетворенно потер руки и громко объявил: — С вашего позволения, дамы и господа, мы с Федей уединимся на некоторое время в отдельной комнате для уяснения некоторых конфиденциальных любезностей и скабрезностей. Пошли, орел, поговорим! — Я, Курочкин! — Пошли, Курочкин, расскажешь, что ты клевал! Как приговоренный к смертной казни, Федя пошел вперед. Когда они остались одни, участковый жестко заявил: — Ну, колись, Федя, пока не поздно. Охранник взял себя в руки. — Послушай, старлей, Генерал ты там был до этого или кто, мне наплевать, но кроме того, что я сказал операм, мне добавить нечего. Если я клевал что по жизни, то только жемчужные зерна. Участковый тогда провел запрещенный прием. Он ударил под дых, в самое болезненное место у запуганного жизнью человека. Как говорят блатные, он взял Федю на понт. — Вот из-за такого же, как ты, я хожу теперь в участковых… Запираться, видишь ли, голубок, вздумал… И откуда только хлипкий такой на мою голову попался… Пусть я, Генерал, стал всего лишь старшим лейтенантом, но жизнь еще не закончилась, впереди свет в туннеле… Говори, что у тебя с хозяйкой?.. Ну-у! |