Книга Борьба за любовь, страница 56 – Сандра Лав

— Хоть ты и не веришь мне, но я люблю тебя и всегда любила, его спина напряглась. Думала, что можно всё исправить, но ты не хочешь слышать меня Логан, грустно улыбнулась. Сразу было понятно, что ведьма не пара волку, нужно было думать головой, а не сердцем, схватилась за грудь. Он упорно смотрел в окно, словно и не слышал вовсе.

— Лучше бы не встречала тебя, не было бы так больно. Пусть дорога будет хорошей для тебя и твоих воинов, сказала ему последнее, прежде чем не вышла.

Прошла мимо Хьюго, даже не соображая, что сейчас произошло. Ноги подкосились, я не в силах держаться, упала, упала на холодный пол. Слезы не держала плача, меня подняли под руки.

— Так и думал, что ни чем хорошим это не кончится, сказал Хьюго, помогая мне встать.

Pov. Логан

Откинул очередную пустую бутылку с горячительным, и она с глухим звоном разбилась о стену. Но и он не берет меня. Криво усмехнулся, эта жалкая попытка заглушить боль. Её глаза стояли перед глазами, яркие, полные слёз и страха, не исчезали ни на секунду, даже когда я пытался захлебнуться в забытьи.

С размахом откинул стол, который с грохотом перевернулся, посуда, стоявшая на нём, полетела вниз с треском. Думал забыться в алкоголе, утонуть в нём, но куда там. Не выходит. Боль в груди не притупляется, режет, словно осколками. Урод, какой же я урод, что сказал ей такие слова, что требовал от неё.

Это же моя Серена, моя нежная девочка, которая может сломаться от одного грубого слова, от одного неверного движения. Зарылся руками в свои волосы, оттягивая их, словно пытаясь вырвать из себя эту боль, эту тоску. Дурак, какой же я идиот.

Тогда уехал, когда она выскользнула из моих объятий, но так тянуло обратно, каждая клеточка тела рвалась к ней. Думал, что развернусь, что не смогу уехать, но сдержался, заставил себя отдалиться. Не достоин находиться рядом с ней после таких слов, после этой моей ярости. Она прощение попросила, а я, ослеплённый злостью, игнорировал.

Игнорировал,ведь боюсь, что вновь ударит по мне, что не выдержу. Не выдержу. Усмехнулся, когда ты Логан стал таким,

Как же тяжело. Тяжело дышать, тяжело думать, тяжело существовать, когда каждая мысль о ней.

Вся ночь до сих пор перед глазами. Какая она была, моя, моя. Нежная, хрупкая, смущенная. Но при этом она тянулась ко мне. Глаза в глаза. Видел всё тогда. Её любовь, знаю же, что любит. Чувствую всей душой. Но оскорбил, как же я её оскорбил.

Вся злость на себя на то, что не дал и шанса. Должен был, обязан был. Вздохнул.

— Пьёшь опять?— голос Хьюго не заставил себя долго ждать. Он стоял в дверном проёме, его взгляд был полон укоризны, но я не обращал внимания.

— Забыть, мне нужно её забыть — твердил я себе, снова и снова. Но не могу. Как я забуду её, если она моя? Если её запах до сих пор преследует меня, если её прикосновения жгут кожу?

Если всю ночь тогда она отдавалась мне, каждую минуту, каждый вздох. Всю ночь жалась ко мне, ища тепла, ища защиты в моих руках. Она была такая искренняя, такая обнажённая душой, настоящая, моя. Моя, до мозга костей, до последнего вздоха.

Выкинь её из головы, кричал внутренний голос, но он звучал так слабо, так обречённо. Она выкинула моё кольцо, символ нашей связи, символ моей клятвы, выбросила, как ненужный хлам. Зато его кольцо носит, гордо, напоказ. Она молчала тогда, когда просто могла открыться, могла объяснить. Что ещё ты хочешь от неё? Что ещё нужно, чтобы эта боль утихла? Не утихнет, ведь люблю её, но сделал ей больно сделал. Кто я после этого.