Книга Хэллоуин не по плану, или Миллион золотых за голову ведьмы 1, страница 9 – Мария Ерова

— Сёстры! Грядёт неизбежное! Сегодня будет особенна Ночь и особенный Хэллоуин! Так встретим же его вместе!

И, вцепившись в древко своего верного средства перемещения, взмыла ввысь и разразилась зловещим смехом под радостное улюлюканье толпы, что осталась внизу. Правда, ненадолго.

Ведьмы, оседлав своих боевых подруг, коими иные, обычные женщины, метут пол, поспешили за своей Хозяйкой, желая, как и она, повеселиться сегодня от души.

Небо куталось в зловещие облака, то и дело пытавшиеся затмить собой луну, и оттого пробегающие по земле тени нагоняли ещё больше страха на живых и прибавляли радости тем, кто, взявшись за руки посреди огромного заброшенного кладбища, читали непонятое для слуха простых смертных заклинание. Оно было похоже на шипение змеи, верее, множества змей, соединяющих сейчас не только тела шепчущих его ведьм, но и намертво скрепляющих их разум.

Центральным звеном в этом действе, конечно же, была Роксолана. Мощь, исходившая от неё, подпитывала всех, не давая старушкам-ведьмам свалиться в беспамятстве, обессилев.

— О, приди же, услышь наш голос среди прочих, взывающих к тебе! Открой Врата Ада, а мы тебе в том поможем! — была последняя фраза перед тем, как кладбищенская земля у их ног разверзлась, но в тот же миг, сорвавшаяся с небес молния, поразила Роксолану в самое сердце.

Страшно закричав, Верховная Ведьма рухнула на землю, а все, с кем она держалась крепко за руки, превратились в кучки пела, что разлетелись по свету с первым порывом сильного ветра.

Маркус

Наверное, ему следовало бы сегодня как следует выспаться перед бессонной ночью, но Маркус не мог. В голову то и дело лезли слова короля о миллионе золотых, и глаза открывались сами собой, а уши… уши уже слышали звон этих момент и, видит Бог, музыка эта была самой прекрасной и волшебной на всём белом свете!

Возбуждение, охватившее охотника на нечисть, не давало ему не просто уснуть, но и спокойно поесть. Даже пить не хотелось — лишь думать о том, как бы поскорее расправиться с коварной ведьмой. И получить деньги. Да, самое главное — получить деньги.

Конечно, Роксолана была ещё той красоткой, но об этом Маркус сейчас не хотел вспоминать. Ведь каждая мысль о ней неизменно заканчивалась одним и тем же: его друг в штанах начинал капризничать, требуя возобновить когда-то прерванные отношения. И ведь не объяснить ему было, дурному, что связь с этой женщиной была равносильна самоубийству. Да, она была совершенной — стройное тело, осиная талия, кожа, похожая на бархат лепестков роз, такая же нежная и молочно-белая, но… Но Роксолана была совершенной ведьмой, а это портило всю малину. Из такой пары, ровным счётом, ничего бы хорошего не вышло.

Так он пытался объяснить своему «младшему товарищу», но тот порой был неумолим. И Маркус с горечью был вынужден признать, что Роксолана была и оставалась той самой единственной женщиной, которую он желал до безумия. А потому, наверное, её следовало бы убить уже давно.

Правда, на этот счёт он тоже не слишком обольщался. Ведь избранница его сердца (и не только) была не так глупа, и убить её было столь же непросто, как и любить. К тому же, он не представлял, как своими руками будет делать это. Одно дело — лежать и мечтать на койке в комнате дешёвого трактира о миллионе золотых, которые король лично обещал вручить ему в случае успеха. Но другое — отнять жизнь самой прекрасной женщины и, одновременно, самой ужасной ведьмы, которою он когда-либо знал.