Книга Княжна Разумовская. Спасти Императора, страница 41 – Виктория Богачева

К горлу подступила тошнота. Я и сама от себя не ожидала.

— Вам плохо? — князь вдруг вспомнил, что говорил с барышней.

Пока я перебарывала приступ накатившей дурноты, он вышел в коридор и распорядился принести воды. Потом, помедлив, подошел к креслу, в котором я съежилась, и остановился буквально в шаге.

— Как… — просипела я. — Как вы узнали...

В ответ я услышала мягкое фырканье.

— Уж что-то мы в Третьем отделении да умеем.

Его слова поразили меня так, что даже тошнота улеглась. Я резко вскинула голову и чуть подалась назад: слишком близко стоял князь.

Он сказал — Третье отделение? То самое Третье отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии, которое являлось в Российской Империи политической полицией? Занималось политическими делами. Следило за тайными обществами, раскрывало заговоры.

Ловило террористов.

Я была так поражена, что не могла произнести ничего связанного. Лишь моргала и смотрела на жениха снизу вверх. Он тоже почему-то молчал.

В какой же должности состоял князь в Третьем отделении?

И вдруг в один момент у всего появился смысл.

Его награды, к примеру, заиграли совсем другими красками.

Вошедшая Соня прервала наше неловкое молчание. Она хотела подойти с подносом прямо ко мне, но князь взмахнул рукой, и она, вздрогнув, повиновалась. Поставила кувшин на низкий стол и поспешно вышла из комнаты, бросая на меня встревоженные взгляды.

Князь сам наполнил водой почему-то чайную чашку и протянул мне.

Мысли мои к тому моменту занимала его неожиданно выяснявшаяся должность. Но, взяв чашку, я сразу же вспомнила и о мертвом несостоявшемся моем убийце, и клацнула зубами о тонкий фарфор.

— Вы знаете, кто его убил?

— Если бы знал, то не стоял бы сейчас перед вами, — резонно заметил князь Хованский.

— Почему вы приехали? — я вновь заглянула ему в глаза.

Он вздернул бровь, притворившись, что не понимает.

— Почему ко мне, а не к отцу? Почему специально выгадали, когда отца не будет дома?

— Я не выгадывал, — оскорбленно отрезал он.

Я ухмыльнулась.

— Право, Георгий Александрович, я хоть в Третьем отделении службу не несу, но могу сложить одно с другим. Вы не могли не знать, что отец отбыл из дома с самого утра. Вам его привычки прекрасно известны.

Я била наугад, но, кажется, попала точно в цель.

Явно задетый тем, что его раскрыли, он нахмурился и стиснул челюсть. На широких скулах заходили желваки, а на левой щеке появился залом.

— Я хотел поговорить с вами, Варвара Алексеевна. С вами наедине.

— Но почему?..

— Потому что я думаю, что вы что-то знаете. И скрываете это ото всех. И я намерен выяснить правду.

Глава 17.

— Но почему?..

— Потому что я думаю, что вы что-то знаете. И скрываете это ото всех. И я намерен выяснить правду.

* * *

— За что вы получили награды, князь? — я резко переменила тему беседы.

На лице мужчины проступило удивление. Он бегло пожал плечами.

— За службу Государю, — ответил коротко и сухо.

— За простую службу не награждают ни Георгием третьей степени, ни Апостолом Первозванным.

— Не нужно уводить беседу в другое русло, Варвара Алексеевна, — с кислой улыбкой отозвался он.

Было странно, что князь Хованский всячески уходил от ответа. Разве такими наградами не принято гордиться?

Я вздохнула и переплела в замок пальцы. Чувствовала я себя так, словно балансировала на краю пропасти. Один неверный шаг — и я провалюсь в бездну.