Книга Змеиная любовь (сборник), страница 15 – Таис Буше

— Не плачь, Леука, он не стоит твоих слез. Ты вступишь в брак, но супруга для тебя выберу я.

После этих слов Леукара сбежала, но Финарэль знала, что не даст Судьбе больше играть с ними.

Не даст ей испортить жизнь канисианкам, которые заслужили намного больше, чем имена «моя дырка» или «ошибка члена» в альфьих клубах.

Пора было поставить эту альфью свору на место. Так в ее белокурой голове родился план, а через несколько смен сезонов она нашла и средство...

3. Змеиная корона (2)

Аршасс был загляденьем. Доставленный доклад от ее старого помощника, который за столько опавших листьев стал близким другом, обнадеживал. Наги были прекрасными воинами, отличными отцами и совершенно неизбалованными лаской. Их политический строй был схож с Канисианом — планетой управляли старые семьи. И так же, как Канисиан, Нагская Империя состояла из центральной планеты и колоний, только колоний у них было в разы больше, а нация имела репутацию агрессора. Никаких мирных соглашений она не подписывала, лишь проявляла нейтралитет. И хотя они были соседями — Созвездие Лиры и Созвездие Змееносца почти граничили друг с другом — но никаких ксеноконтактов не было зафиксировано.

Королевство Канисиан жило своей жизнью, Империя — своей.

Какие-то межпланетарные подвижки случились, когда к ним прибыли земляне. Появилось экономическое оживление, наги, как элитные воины, стали известны далеко за пределами своего дома. Тогда-то Финарэль и поняла — пора. Разумной жизни в космосе хватало, а ей подходили только наги, потенциал, которых мог разглядеть и еще кто-нибудь.

Их жреческий матриархат и жесткий отбор рождаемости от лучшего семени был ей только на руку. Сами того не ведая, кобры-нагайны вкладывали в ее руки все козыри, а так почитаемые старые устои лишь закрепляли победу за Финарэль.

Лишенные перспектив семьи и должного почета из-за отсутствия детей, такие наги были идеальными кандидатами для ее канисианок. Они-то не будут унижать супругу, не поднимут руку, не причинят вреда. Ребенок для них будет ценнее собственной жизни, а супруга будет только сейше.

Вот он, залог долгого и счастливого брака, а не такое быстротечное и проблемное чувство, как любовь.

Финарэль свела Аршасса и Леукару и не проиграла.

Потом настала пора Арэль.

Но случилась заминка, которую упустила из виду Финарэль. Некоторые наги были ядовиты, а венценосные крайты славились этим ядом даже в крови. Но она не собиралась отступать. Сохранив хорошие отношения с графом Орсетт (общая беда их немного сблизила), она аккуратно вкладывала через него идею политического брака между их народами в уши короля, кивая на брак своей дочери. Орсетт был давним другом Его Величества.

Брак высокородных детей ей был нужен, как воздух, ведь тогда... Тогда он открывал практически безграничные возможности по созданию таких семей. Хоть вся знать и кривила свое благородное лицо, но осудить уже не смогла бы — брак между князем и принцессой положил бы пересудам конец, а общий ребенок вколотил бы крест в попытки запретить такое генетическое смешение.

Но все могло пойти крахом, будь крайты настолько ядовиты. Тогда она впервые молилась Древу и просила помощи. И она пришла с нагской стороны — на предварительное обсуждение политического брака прибыл дядя Рроха — Сошарр эс Бунгар — старый воин, весь в шрамах и отметинах. Он, как уже заметила Финарэль у других нагов, не маскировал их, наоборот, спокойно демонстрируя окружающим уровень его боевого опыта. Даже лицо его было помечено парой отметин, отчего правая сторона рта была приподнята вверх, делая выражение лица всегда насмешливым. Черная с проседью коса по старинному обычаю свисала до самой поясницы, а глаза — черные провалы — смотрели на всех с презрением.