Книга Поиграем?, страница 127 – Кая Андерсон

Беспокойно ворочаясь из стороны в сторону, Скардино машинально отбросила душное одеяло. Сон был одновременно каким-то липким и хрупким, но в тоже время и отделаться от него она не могла, раз за разом, видя перед глазами какие-то страшные картины. Давненько ей не снились кошмары. Тем более такие странные и расплывчатые. В какой-то момент, в голову стали пробиваться шумы из реального мира, смешиваясь с мерзкими демоническими лицами сновидений. Шум дождя, шелест ветра. Она часто дышала. Грудь то и дело вздымалась от хриплых выдохов. По виску стекла капля пота. Она уже совсем не хотела спать. На улице оглушительно протрещал раскатистый гром. Спасительный гром, от которого она и подскочила в испуге, шумно выдохнув. Наконец, избавилась от туманной и вязкой пелены. Сглотнув, она провела трясущимися ладонями по лицу. В комнате уже было темно. Сердце отрывисто стучало в груди, никак не начиная замедляться. Подняв взгляд, она вскрикнула еще громче, чем до этого, до чертиков испугавшись непонятного силуэта, что стоял у ее окна и который она и не заметила сразу. Какого чёрта? Неосознанно, отпрянув к самой спинке широкой кровати, она прищурилась, привыкая к темноте.

— Какого хрена ты тут делаешь? — удивленно проговорила Аннабель, достаточно быстро узнав в этом самом силуэте Аррингтона. Вспомни дерьмо. Вот видно, отчего ей кошмары снились. Аура дрянная по комнате разошлась.

— Стою, — хмыкнул Рэн, повернувшись к ней всем корпусов.

— Иди в другом месте стой, — фыркнула Скардино, — Какого черта тебе надо? Ты по моему всё уже сказал.

— Неужели обиделась? — усмехнулся Рэн, щелкнув по кнопке включателя света. В комнате моментально стало светло и уютно, по особенному контрастируя с темной и холодной улицей, где бушевала гроза.

— Аррингтон, иди нахрен отсюда, — без лишних слов заявила Аннабель, — Я не заказывала выездной цирк. Иди в другом месте кайфуй от своего остроумия.

Что это еще за дрянь такая? Сначала наговорил ей какого то дерьма, теперь стоит тут какой-то глупый сарказм из себя давит. Заняться что ли больше нечем? Ей что-то ни разу не смешно.

— Ладно, — проговорил Аррингтон, — По правде говоря, есть разговор.

Кажется разрядить обстановку и повернуть ее в непринужденное русло не вышло.

— Поздравляю. — закатила Аннабель глаза, — Мне с тобой разговоров уже хватило, и знаешь что? Я приняла самое шикарное решение в своей жизни, больше никогда с тобой не общаться, — ехидно улыбнулась она.

— У меня есть один принцип, — усмехнулся Рэн её реакции, продолжая свою линию.

— Я не привораживаю девочек и не трахаюсь по воскресеньям, — передразнила его Скардино, поправив несуществующие очки на носу.

— Я никогда не вру девушкам, с которыми сплю, — произнес Аррингтон, а Аннабель лишь посмеялась. Не врет он, как же. Пусть рассказывает. — пронеслось у неё в голове.

— Спасибо что поделился, а то у меня прям сердце за девчонок болело, — приложила она руку к сердцу.

— Я серьёзно Скардино, — цепко посмотрел он на девушку, опершись рукой о подоконник.

— Да? — вновь посмеялась Аннабель, которой отчего то с каждой минутой становилось все веселее. Ладно, пусть остается, что уж. Хоть настроение ей поднимет. — Типа она спрашивает «как тебе секс милый?», — с придыханием изобразила возможную интонацию Скардино, — А ты такой, «я тебе не милый, мне не понравилось?», — спародировала она уже его, явно утрируя грубый тембр.