Книга Поиграем?, страница 119 – Кая Андерсон

— И что, их всех бросили? — перевела Скардино взгляд на мужчину, машинально, обхватив тоненькую дощечку кроватки.

— По большей части, — вновь согласился настоятель, — В основном нам подкидывают наших детишек на порог церкви. Но иногда мы забираем их сами. Например, когда родители умирают.

— А откуда… этот мальчик? — кивнула Аннабель на перевернувшегося на живот Барри. Она явно ощутила подступивший к горлу комок, находясь в этом месте. Ей было трудно дышать здесь. Она точно почувствовала, как каждый раз, когда она попадает взглядом на какую-то обшарпанную кроватку, ее сердце сводит неприятной судорогой. Чему они тут радуются? Здесь буквально десятки брошенных детей, в кошмарных условиях! Это же… ужасно… зачем тогда вообще было их заводить? Чтобы они лежали строем и весь день смотрели в прогнивший потолок?

— Барри? Его подкинули к нам зимой. — проговорил Рикман, — Ему и месяца отроду не было. Его уже забирала семья, два месяца назад, но к сожалению, он не прижился там и его вернули назад.

— Вернули назад? — возмущенно переспросила Аннабель, — Это что, долбанный магазин? — в сердцах вырвалось у неё. Отрывисто выдохнув, она качнула головой, понимая, что совершила ошибку.

— Я разделяю ваше непонимание, — опустил голову настоятель, — Люди, к сожалению, не всегда готовы к ответственности, которую возлагают на себя. Но и мы не можем не принять детей назад, зная, что им не будет там хорошо.

— Для таких людей, что нет никакого наказания? — изогнула Аннабель бровь, в момент, округлив от шока и ужаса глаза, почувствовав к своим пальцам холодное прикосновение. Неуверенно переведя взгляд на свою руку, что обхватывала один из прутьев, Скардино заметила лежащего рядом младенца. Он с интересом, рассматривал ее перстень, теребя крупный камень маленькими пальчиками. Аккуратно одёрнув онемевшую руку, Аннабель прижала горящую конечность к себе. Господи. Кошмар.

— Извините, — только и произнесла Аннабель, спешно стерев выкатившуюся из глаз слезу.

— Ваша реакция вполне естественна мисс Скардино, — проговорил настоятель Рикман, — Большинство наших гостей, и волонтеров плачут в свое первое посещение. Это абсолютно нормально при столкновении с такой жестокостью к совсем еще невинным душам. У вас просто доброе сердце, здесь нечего стесняться.

— У меня не доброе сердце, — отмахнулась Аннабель.

— Подобная самокритика, обычно говорит об обратном, — посмеялся священник.

— Простите конечно, настоятель, — выдохнула Скардино, — Но… а что вы тут купили?

Она помнила, сколько тогда дал Дамиан. А потом и она. Да, она была только в одной комнате. Но что-то она вообще не замечает и не понимает, что тут появилось нового? Стены обшарпанные, лестница сгнила, кроватки старинные, пеленки дешевые. Что они купили? Дверь?

— Мы закупили, как можно больше не портящихся продуктов питания и обновили абсолютно всем детям матрасы, — укал он ладонью на ближайшую колыбельку, демонстрируя, те самые новые белые матрасы . Да у неё подушка толще, чем эти матрасы, — вновь подумала она.

— Можно я уйду? — поджала Скардино губы, чувствуя, как глаза активно наполняются слезами, цепляясь за шевелящиеся повсюду свертки.

— Конечно, как я могу держать вас.

— Благодарю. — тяжело выдохнула Аннабель, в очередной раз, вернувшись взглядом к ползающему по своей небольшой кроватке малышу. Сердце в очередной раз пробило какой-то тупой болью. У него были слишком взрослые глаза для младенца. Ему и года нет, а его уже дважды бросили. Несколько раз моргнув, Скардино легко стянула с похудевшего пальца крупный перстень и присев на корточки, просунула его через решетчатую стену. Мальчик, не долго думая, потянулся за вещицей, забирая его себе, вновь с интересом рассматривая драгоценность, легко усевшись на мягкое место.