Книга Неугодная жена, или Книжная лавка госпожи попаданки, страница 100 – Леся Рысёнок

Выбор оказался не самый простой — стать послушницей, восстановить свиток с ритуалом и попробовать спасти этим мир, или послать всех к чертям. Причем буквально.

Сестры увели меня от Даниеля и показали архивы, в которых остались записи, кто и что приходило на Киурон из открытых порталов. В некоторых зарисовках и описаниях я узнала знакомые образы, и это были не только пушистые козлики, что отлично прижились на Киуроне, но и разная рогато-клыкастая нечисть, которая, если верить описаниям, могла утаскивать людей в свои миры.

Показали и рассказали мне немало. Включая и то, что попаданки вроде меня для Киурона — своего рода заплатки или батарейки. Я узнала, что переселенцы из немагических миров обладают большим потенциалом силы, которая накоплена и запечатана у них внутри. Приходя сюда, они часть отдают миру, но еще больше — детям. Те всегда одарены. И не только дети пришельцев. Местные ребятишки тоже имеют потенциал, который не проявляет себя до поры до времени, но некоторые аристократы научились с помощью разных артефактов определять его уровень еще до того, как магическая сила оформится в конкретную способность и проявит себя. А еще они научились эту силу забирать. Использовать детей в качестве доноров тут в порядке вещей, ведь они не могут поставить блок и прекратить отток силы к более опытному магу.

Рассказали монашки и о том, что самая сильная магия у потомков стихийных попаданцев, тех, кого сюда занесло случайно, а не в рамках специально организованной программы. И про программу переселения тоже рассказали. Что правительство позиционирует ее как то, что Киурону нужны свежие мозги, а на самом деле сила. И что на Земле работает целая сеть по вербовке переселенцев и чаще всего сюда попадают люди, опустившиеся на самое дно, которых никто не будет искать дома, или тот, кто вынужден скрываться, например, от долгов или правосудия.

Поведали и о том, что далеко не все переселенцы живут под опекой аристократов. Многих отправляют в другие страны, и там они на положении рабов и племенных животных. И что помимо легального трафика людей, есть еще и нелегальный, и судьбу тех попаданцев вообще никто не отслеживает.

Сестры, хоть и потеряли силы в попытке удержать печати, но шпионская сеть у них работала исправно. К тому же люди, в том числе и работорговцы, по-прежнему приходили к ним каяться и просить совета.

Вот такой странный и, на мой взгляд, больной мир.

Когда я спросила, почему служительницы мне это все рассказывают, то получила ответ, который и так уже предполагала.

— Мы почти сразу убедились, что ты — та, кто нам нужен. Поэтому пришлось посвятить тебя в сестры. Но поскольку ты не давала согласия, прошло это… тяжело. Еще и посторонние факторы мешали. Но обряд мы все равно провели, а Стены Обители завершили дело. Так что ты теперь одна из нас, Катрин, поэтому мы можем рассказать тебе все без утайки, — сообщила настоятельница, убирая записи и свитки на бесконечные стеллажи хранилища.

Что я могла сказать? Да ничего, только промолчать. Ругаться бесполезно, дело уже сделано. Осталось решить, как быть.

Можно уйти и оставить все, как есть, или все-таки попробовать прочитать их свиток. В конце концов, я не хочу, чтобы из какой-нибудь щели в пространстве вылез новый агрессор, и Томасу пришлось бы с ним сражаться.