Книга Единственная для звездных адмиралов, страница 20 – Алиса Линд

— Синто есть только у гнаров. Это наша сексуальная энергия, которая передается через прикосновения и действует на партнёров, вызывая… определенные реакции.

Люк ухмыляется:

— Кончай политкорректничать, — он переводит взгляд на меня. — Если проще, это неотразимый зов. Гнар, попавший под действие твоего Синто, захочет тебя так, что ничего другое не будет иметь значения.

Я в шоке.

— Это… бред, — выговариваю сдавленно. — Я… ничего такого не делала. Даже не хотела!

— А ты попробуй сказать это моему телу, когда так прикасаешься, — фыркает Люк.

— Да как прикасаюсь⁈ — Я краснею и скрещиваю руки.

— Видимо, в отсеке капитанов ты сделала это неосознанно, — чуть хрипло, но более рассудительно замечает Рэйн. — И нам сорвало крышу.

— Но я не гнарка, — я все ещё пытаюсь стоять на своем, хотя уже не уверена до конца.

Рэйн смотрит на меня внимательно.

— Кто был твой отец? — спрашивает с легким нажимом.

Я моргаю.

— Я… не знаю, — тушуюсь. Становится неуютно, я всегда комплексовала по этому поводу. — Я росла без отца.

Люк и Рэйн переглядываются. Их лица становятся одновременно слишком серьёзными.

— Вот и ответ, — произносит Рэйн мрачно.

— Шрад. — Люк хлопает по столу. — Это объясняет всё.

Меня бесит их понимание с полуслова.

— Меня, может, тоже посвятите в свои догадки⁈ — рычу, сердясь.

Рэйн упирает в меня тяжёлый взгляд.

— Ты наполовину гнар.

Я моргаю. По коже бегут мурашки. Не понимаю, почему мама мне не сказала. Хотя она вообще не говорила об отце. Обидел он её, что ли?

— Твой отец был гнаром, — чеканит Рэйн, — это однозначно. Это единственная причина тому, что ты обладаешь Синто, как гнары.

— И что теперь? — спрашиваю с вызовом, хотя это больше защитная реакция.

Не каждый день узнаешь, что в тебе смешивается две расы. И особенно обидно, что теперь я по-прежнему не понимаю, почему мама это скрывала. Видимо, та связь была очень скоротечной, если вовсе не одноразовой. Для мамы это было позором. А для меня? Вдруг у меня есть ещё способности гнаров? Что, если у меня есть их слабости?

— С этим решили. Теперь Нексус, — произносит вдруг Рэйн. — Колись, что ты им сделала.

Я резко поднимаю голову. Ком в горле не дает сглотнуть. От названия этой корпорации меня кидает в дрожь.

— Рассказывай, — добавляет Люк, присаживаясь на край стола.

Я судорожно вдыхаю. Мне придется дать им хотя бы часть правды. Ту часть, за которую они не захотят прикончить меня на месте.

— Я работала на них, — признаю. — Создавала генетически модифицированные продукты.

— И почему они тебя преследуют? — Рэйн прищуривается, чуть наклоняясь вперед. Его тень падает на меня и придавливает как каменная плита.

Я нервно облизываю пересохшие губы. Это придется придумать.

— Они… думают, что я слила инфу конкурентам, — выдавливаю, чувствуя, как напряглась спина. Вранье. Это все вранье.

— Думают? — повторяет Рэйн с лёгким нажимом. — А ты слила?

— Нет! — резко отрезаю я, сама пугаясь, как громко прозвучал мой голос. — Я была честной сотрудницей. Меня подставили.

Повисает пауза. Люк скрещивает руки, не сводя с меня взгляда.

— Так ли это?

— Да! — огрызаюсь, чувствуя, что гнев помогает мне скрыть страх.

Мне стыдно лгать. Но если они узнают об Ауре-6 и о том, что я способствовала оружию для массового геноцида их расы… Дыхание перехватывает от ужаса, что они со мной сделают. И никакие оправдания, что меня обманули и я узнала правду слишком поздно, не сработают.