Книга Ева из преисподней, страница 118 – Амалия Мо

Время неумолимо заканчивалось. Чем ближе маячила дата, тем сильнее я поддавалась унынию. Старалась делать вид, что всё в порядке, но Кайнер чувствовал всё, как бы я ни прятала переживания.

Напряжение в доме демонов после смерти Эра не угасало. Эллисанта заперлась в своей комнате и не выходила оттуда. Единственное, что я узнала от Берри, это то, что, оказывается, брат блондинки умел перемещаться, но, в отличие от Кая, магия распространялась только на одного демона, и об этом знала лишь сестра. Синекожая услышала правду в тот злосчастный день, когда меня едва не убили. Подозревала ли Элли брата, когда произошло первое нападение на меня, или нет, оставалось загадкой, но ответ не имел значения.

Накануне даты «Х» я встретилась с мамой. Эта встреча была нашей последней. Я не могла сказать правду, а потому уклончиво намекнула, что демоны скоро вернутся в Преисподнюю, а я собираюсь уйти с ними.

Как бы Меган ни сопротивлялась этой идее, выбора у неё не оставалось, все доводы разбивались о то, что моё решение неоспоримо. Она только наладила отношения с дочерью, но вынуждена снова её потерять. Пусть в голове матери я буду счастлива с возлюбленным в другом мире… Всем нужна надежда, пусть и лживая.

— Ева из Преисподней… – смахивая слёзы, сказала мама и улыбнулась. – Я всегда говорила, что ты неземная девочка, но никак не ожидала, что мои слова окажутся настолько правдивы. Будь счастлива, Ева!

Это прощание стало репетицией к тому, что ожидало впереди. Мне нужно было отпустить не только родную мать, но и любимого демона, лицемерно скрывая правду…

Оставались считаные дни до момента, когда для Земли история с таинственными существами закончится. Мне всё чаще стали сниться Врата, напоминающие о своём долге, будто я могла хоть на минуту забыть об этом.

Я стояла у дома, наблюдая за тем, как ветер колышет макушки высоких деревьев. Дверь скрипнула, выпуская демона, который нежно обнял меня сзади.

— Ты мне доверяешь? – неожиданно спросил он, и я кивнула.

На мгновение наступила тишина, лишь глубокий вдох донёсся до слуха, и вдруг я почувствовала, как нас окутывает волна магии невесомой, почти незаметной, но всепоглощающей. Тело словно растворилось, а секунды замерли, растягиваясь в вечность.

Когда я открыла глаза, передо мной раскинулся океан, сияющий под золотыми лучами заката. Мы стояли на краю пляжа, где тёплая вода обнимала берег, а волны шептали свою бесконечную песню, укрывая нас в этом уголке.

Кайнер стоял рядом, наблюдая, стараясь запомнить каждую эмоцию, каждый миг. Он не сказал ни слова, но и не требовалось. Во взгляде была и забота, и прощание, и обещание, которое мы не могли дать друг другу. Я едва сдерживала слёзы. Это место было последним подарком, его способом выразить всё то, что словами было слишком тяжело.

Желание сохранить это место: звуки и запахи, всю жизнь, к которой я привыкла, пробудилось с такой силой, что я не могла сдержать эмоции. Радость, что приходила с каждым днём, казалась призраком; счастье – мимолётным гостем, слишком быстро покинувшим меня. Но здесь, среди тепла и света, я вдруг осознала, что каждая секунда, проведённая на Земле, была бесценной.

Не удержавшись, я опустилась на песок, обхватила колени руками, и слёзы прорвались наружу, смывая страх, тревогу, надежду, которую невозможно удержать. Это было настоящее прощание…