Книга Лавка желаний, страница 60 – Амалия Мо

Я встретил Ливи в тот момент, когда сам был на грани. Я помню, какой она была тогда: сломанная, но не сломленная, со взглядом, в котором вместо слёз плескалась пустота, впитавшая всю грязь, что оставил на ней брат.

В те дни смерть казалась мне единственным выходом. Но если я мечтал умереть, она хотела жить. Её способности помогли нам сбежать, а жажда свободы поддерживала тогда, когда я был готов сдаться.

И теперь она смотрела на меня так, словно я разбил всё, за что она боролась.

— Я…

Резко поднявшись, демоница схватила меня за руку и вытолкнула из комнаты со словами:

— Сейчас же иди в аптеку! Скажи, что человек без сознания, может, у них есть что-то, чтобы привести её в чувство, и… возьми какую-нибудь мазь, чтобы снять отёк. Только веди себя естественно, не хватало, чтобы сюда примчалась полиция!

Ливиль оказалась куда сообразительнее меня. Не представляю, что бы я делал без неё.

Я шагнул за порог Лавки, и дверь за моей спиной с глухим стуком закрылась. Ночной воздух хлестнул в лицо, сбивая остатки жара, который ещё недавно казался неугасаемым.

Грудь сдавило от боли, почти физической.

Я… что я сделал?

Руки сжались в кулаки, а в голове вспыхнуло воспоминание: её тело подо мной дрожащее, с кожей, покрытой следами моих поцелуев. Её шёпот, просящий закончить. Её слёзы, катящиеся из голубых глаз в тот момент, когда я душил.

Адель человек.

Хрупкая. Беззащитная. Она не могла мне противостоять, даже если бы захотела этого.

А я… Ярость помутнила рассудок, не оставляя места другим эмоциям.

До ночной аптеки я добрался быстро. Под удивлённый взгляд женщины в белом халате я объяснил, что моя напарница упала в обморок. Ложь легко слетала с губ, поэтому она не придала значения каким-то странностям.

Протянув мне небольшой флакон, фармацевт вежливо предложила вызвать скорую, но это совершенно противоречило планам. Поблагодарив работницу за заботу, я уже собирался выходить, но вдруг вспомнил, что Лив просила взять мазь.

— А у вас есть что-то от ушибов? Пока бежал к вам, споткнулся, – я наигранно приложил руку к колену, и женщина понимающе кивнула, вытаскивая из ящика нужный препарат.

Чтобы хоть как-то искупить вину за содеянное, я был готов сделать всё, что угодно. Вряд ли это способно хоть что-то изменить… Больше всего я боялся увидеть взгляд Адель, когда она придёт в себя. Между нами и так всё было натянуто, а теперь я даже не знал, чего ожидать.

В Лавку я вернулся быстро, взбежал по лестнице, на ходу распахивая дверь. Сердце глухо ударилось о рёбра, сбиваясь с ритма. В комнате висела тишина тягучая, давящая, от которой хотелось сжать кулаки, лишь бы не чувствовать липкий холод, скользящий по позвоночнику.

Адель сидела, прислонившись к спинке кровати. Спутанные волосы спадали на плечи, простыня почти соскользнула с её плеча, но она даже не пыталась её поправить.

Голубые глаза встретились с моими всего на мгновение, но этого взгляда хватило, чтобы что-то внутри надломилось. В этих глазах ничего не было. Ни гнева, ни страха, ни ненависти, ни даже презрения. Только холодная тишина, напоминающая, что я стал просто пустым местом.

Раньше, когда она злилась, когда боролась – пылала огнём. В ней был вызов, была злость, была жизнь. Но сейчас… Сейчас я смотрел в разбитое зеркало, в котором не отражалось ничего.