Книга На два импульса, страница 53 – Амалия Мо

Калеб сжал моё запястье и кивнул идти вперёд. Сотрудники уже успели заметить нас и тепло улыбались, когда мы шагнули внутрь здания. На входе нас встретили внушительного вида охранники, которые, не говоря ни слова, пропустили нас через металлический турникет.

Я внимательно разглядывала коридоры, увешанные фотографиями и детскими рисунками. В каждой чёрточке, в каждом цветном разводе на белой бумаге было больше смыслов, чем во всех картинах известных художников, вместе взятых.

Улыбка расплылась на губах, когда я рассматривала смешных ящериц, кошек, людей, старательно созданных маленькими творцами.

У одного из кабинетов я успела заметить, как молодая учительница играла на пианино, а дети лет пяти стояли рядом и напевали какую-то детскую песенку.

Не поняла, как остановилась, вглядываясь в прозрачное стекло, и как улыбка дрогнула. Воспоминания о том, как я когда-то также работала с детьми… и о том, что мне не доведётся стать матерью, смешались в болезненный сгусток, запульсировавший где-то в грудной клетке.

Пришлось быстро смахнуть слезу, чтобы Калеб не успел заметить, но это всё равно было невозможно. Я ощутила тепло его тела, когда он подошёл сзади.

— Каяна…

— Не надо, – быстро отвернувшись и продолжая движение по коридору, бросила я.

Понятия не имела, куда идти, но это лучше, чем слышать сожаление. Всё сложилось так, а не как-то иначе… Пора смириться и продолжать жить дальше.

Первокровный не стал продолжать разговор, остановившись у двери с надписью «Директор Донна Т.». Он коротко постучал и, услышав разрешение войти, впустил нас внутрь.

— Господин Морвель, – женщина, сидящая за столом, широко улыбнулась и поправила свою причёску. – Добрый день!

Внешне она показалась миловидной, с добродушным круглым лицом, на котором отпечаталась врождённая приветливость. Её щёки слегка порозовели при виде Калеба, а глаза заискрились теплом.

Я оглядела небольшой, но уютный кабинет, отмечая многочисленные дипломы и благодарственные письма. Но больше всего привлекло то, что помимо регалий, на полках стояли простые детские поделки и рисунки в цветастых рамках.

— Привет, Донна, – зеленоглазый отодвинул для меня стул, намекая сесть. – Это Каяна Деваль, благодаря которой дети оказались спасены.

— Ох, – женщина подскочила с места, обошла стол и кинулась обнять меня. – Благодарю богов и вас за то, что дети целы и невредимы!

— Я… – неловко приобняв Донну, я метнула взгляд на Калеба, не ожидая, что он вот так в лоб представит меня в таком свете.

Женщина отошла и вернулась на место, вытащив из тумбочки стола коробку с конфетами. Откинув крышку, она непроизвольно втянула аромат шоколада и прикрыла глаза.

— Хотите? Могу предложить чая, – сказала она, хитро улыбнувшись, и придвинула коробку ближе ко мне, но я не знала, что сказать, а потому перевела взгляд на первокровного.

— Донна, мы хотели узнать, как дети.

— Конечно, конечно, – тут же закивала она, поправляя съехавшую прядь и заодно заправляя рубашку, стараясь выглядеть ещё аккуратнее. – Они сейчас на творческом занятии, рисуют. Пока мы не перегружаем их разговорами, даём сначала почувствовать безопасность.

У меня пересохло в горле. Я представила, как ребёнок, едва спасённый от кошмара, берёт в руки карандаш и старается изобразить что-то, отличное от того, что ему удалось пережить.