Книга На два импульса, страница 111 – Амалия Мо

В любом случае, я не стала расспрашивать, уважая чужое молчание.

Я стояла перед зеркалом, сжимая пропуск так крепко, что костяшки побелели. Руки слегка дрожали, но не от страха, а от чего-то другого. От напряжения, от желания сделать всё правильно, от страха ошибиться.

Что сказать при встрече? Как быть, если у меня не получится переубедить его…

Нервно поправив волосы, я пыталась предугадать ход предстоящего разговора. Внутри всё путалось. Обиды, которые я пыталась проглотить, вина, которую давно перестала отличать от боли. И тревога: липкая, вязкая, прожигающая изнутри.

Вдруг он не захочет меня видеть? Или, наоборот, будет смотреть, как в последний раз… прощаясь.

— Соберись, – прошептала я себе, глубоко вдыхая.

У меня не было второго шанса. Мне дали лишь этот – вымоленный, вырванный, – и я не имела права потратить его на молчание.

Отвезти меня вызвался Демиан. Он сказал, что будет ждать у входа. На сегодня у нас были большие планы, которые помогут поменять решение Верховных относительно приговора.

Калеба удерживали в изоляторе при здании городского суда: не в обычной камере, куда бросают пьяных или уличных воришек, а в отдельном крыле, куда попадали те, кого считали особенно опасными. Так сказала Лидия.

Всё выглядело неприметно: здание из серого камня, за которым скрывалась система коридоров и помещений, доступных только по пропускам.

Благодаря Лидии у меня оказалась карточка, которая позволяла спокойно пройти мимо пропускного пункта. Охранник, хмуро кивнув, провёл меня вглубь, сворачивая по коридорам.

Камера Калеба располагалась на нижнем уровне, чуть в стороне от основного блока. Узкая, с бетонными стенами, без окон. Металлическая дверь с глазком и решёткой для подачи еды, которая ему, конечно, не полагалась.

Я не представляла, как Калеб держится без моей крови. Демиан сказал, что раз в два дня ему приносят по одной капсуле, которую он сам разработал…

— Откройте, – я кивнула на дверь, и парнишка в форме замешкался.

Очевидно, пропуск предполагал, что у меня есть определённые привилегии, но он не ожидал, что я попрошу войти внутрь. Наверняка, в его голове заключённый был не больше, чем зверем, а я добровольно лезу к нему в клетку.

— У вас… точно есть разрешение? – спросил он, не глядя в глаза.

— Хочешь позвать старшего? – предложила я без угрозы, но таким тоном, в котором слышалось: «не испытывай терпение». Лидия сказала, что нужно вести себя уверенно и не показывать волнения.

Охранник выпрямился, коротко кивнул и, вставив карту в замок, повёл пальцем по панели. Электронный щелчок – и дверь медленно, со скрежетом, поползла в сторону.

Калеб сидел на краю койки, сгорбившись, локти на коленях, лицо закрыто руками.

Услышав звук, он не сразу поднял взгляд, словно знал, кто пришёл, но не был готов встретиться. Сердце предательски сжалось, а после застучало сильнее.

Он выглядел измождённым… отчаявшимся и сдавшимся.

— Привет, – медленно произнесла я, ощущая, как во рту становится суше.

Мой гордый мужчина не ответил, и пришлось подойти ближе, опускаясь прямо на пол, заглядывая в закрытое лицо.

— Ты не должна была приходить… – ломающимся голосом ответил он, убирая ладони с лица.

Я понимала, что он истощён, но не осознавала, насколько… Желание немедленно заставить его укусить меня возросло до немыслимых пределов, но я понимала, что сейчас не до этого.