Книга Три шага до края, страница 73 – Амалия Мо

Что ж, так даже лучше. Не видеть его, не говорить, не пытаться сделать вид, что ничего не случилось.

Я выключила компьютер, подхватила куртку со спинки стула и, с чистой совестью, но тяжестью в груди, вышла из офиса. Домой возвращаться совершенно не хотелось, поэтому я сделала то, чего не позволяла себе очень давно… направила машину в сторону городка в паре часов отсюда.

Колёса мягко съехали на знакомый просёлок. Асфальт сменился гравием, и в груди стало тесно. Этот путь я знала слишком хорошо. С каждым метром впереди поднимался силуэт кованых ворот, а за ними чёрная тень кладбища.

Я припарковала машину у заросшей обочины, заглушила машину и на секунду осталась сидеть в тишине. Хотелось передумать, но я открыла дверь и вдохнула холодный воздух.

Ворота поддались с тихим скрипом, и я шагнула внутрь. Двинувшись между рядами, я слышала, как подошва отбивает ритм по каменной дорожке.

Остановившись, я опустила взгляд на выцветшие буквы. Холодная грань камня встретила мою ладонь, и внутри всё оборвалось.

— Привет, пап… – осев прямо на траву, начала я.

С того дня, когда я была здесь в последний раз, прошло около четырёх лет… Мать запретила мне приходить сюда, выкрикивая это прямо после похорон. Тогда мне казалось, что его тело ещё не остыло, а меня уже вычёркивают из жизни.

— Прости, что так долго не появлялась. Мама сказала, чтоб даже моей ноги тут не было, но ты же знаешь, что я никогда её не слушала, – игнорируя дрожащие губы, я попыталась улыбнуться.

Мне так много хотелось ему рассказать, открыться и выплакать всю ту боль, что копилась годами. Но я не могла… Это из-за меня он лежал, закопанный под землёй. Это я не оправдала ожидания и разрушила не только свою жизнь, но и его…

— У меня всё хорошо, я работаю, не в полиции, конечно… Но тоже ловлю подонков, которые нарушают границы. А ещё… есть кое-кто, мой напарник… и у нас с ним вроде взаимная симпатия, – я протёрла лицо, понимая, как всё это нелепо выглядит.

Я никогда не смогу рассказать ему о своей жизни, никакая иллюзия не поможет. Этот момент был упущен, как и моё прошлое, которое не вернуть назад.

— Как же я скучаю по тебе, – шёпотом произнесла я, поднимаясь с колен.

Именно из-за папы я пошла в полицию. Он был моим ориентиром. В детстве я обожала его истории с работы, не понимая, что он рискует собственной жизнью каждый день. Роберт Левьер был одним из лучших. Честный, сильный, мудрый…

Папа гордился, когда я получила значок. Гордился, когда увидел меня в форме. Гордился, когда слушал мои рассказы с работы. Но огонь гордости в нём погас в тот день, когда его дочь появилась перед общественностью спустя пугающе долгую ночь.

Миру удалось убедить его в том, что я нахожусь под какими-то препаратами, и что я впала в зависимость. К моему ужасу, анализы действительно показали в крови следы наркотического вещества.

Я не могла оправдаться, не могла объяснить то, что произошло. Проще было поверить в первую версию, которую выдвинули журналисты.

Боль резанула в груди, а горло перехватило спазмом. Непролитые слёзы как нельзя кстати мечтали прорваться наружу, но я сильнее стиснула зубы. Ещё не время. Найду тварь, которая сломала мне жизнь, и тогда позволю себе эту слабость.

Я не помню его лица, только интонацию голоса и отдельные части тела. Его руки с длинными пальцами, хватающие меня за горло и с силой кидающие на кровать. Широкие плечи, когда он стягивал белоснежную рубашку. Редкие волосы на груди, когда он припечатал меня и навис сверху. А ещё… клыки, когда он распахнул рот и со всей силы вцепился в горло.