Книга Три шага до края, страница 49 – Амалия Мо

Прошло ещё минут десять, а мы продвинулись лишь на пару метров вперёд. Если так и дальше продолжится, в офис вернёмся только к вечеру.

Смит не выдержала, потянулась к радио, щёлкая кнопками, пока вместо музыки не послышался голос ведущего какого-то шоу. «Остроумные» шутки и переигранный тон голоса раздражали до невозможности; я не выдержал и переключил на станцию с музыкой.

— Вообще-то, это моя машина, – сложив руки на груди, напомнила падальщица.

— Кто за рулём, тот и выбирает, что слушать, – отозвался я, делая вид, что увлечён дорогой.

Пробормотав что-то под нос, Меган отвернулась, а я усмехнулся. Её раздражение вернуло мне желание говорить.

— Почему в ИКВИ используют фальшивые имена?

Она не ответила сразу. Я почти услышал, как у неё в голове сработал фильтр: сказать или промолчать. Только потом сдержанно бросила:

— Чтобы можно было вернуться к прошлому, если захочется. В ИКВИ я – Меган Смит, и в обычной жизни никто не знает об этом.

Я удивился тому, что девчонка ответила честно, но виду не подал. Интересно, значит, у неё была «обычная жизнь», в которой она другая?

— Ты всерьёз думаешь, что Берроуз позволит кому-то вернуться к прошлой жизни? – улыбнувшись, я принялся постукивать пальцами по рулю.

— Не проверяла и нет желания.

— Что же заставило тебя, Меган Смит, работать на ИКВИ?

Рано я обрадовался её честности. Презрительно взглянув на меня, падальщица прищурилась, всем видом показывая, что не собирается отвечать. Что ж, значит, что-то личное? Счёты с актирами? Может, её семья пострадала от нападения?

Мысленно заставив себя не думать об этом, я вновь взглянул на неё. И всё-таки… симпатичная, с острым языком, хорошей фигурой и мозгами. Зачем ей было связывать себя с Берроузом?

— Прекрати пялиться, – буркнула она и кивнула на машины, которые двинулись вперёд.

Пробка рассосалась, и мы плавно выехали на загородное шоссе. Уверен, что Смит пыталась вычислить, куда мы отправились, но я не хотел ей говорить. Да, мог, конечно, но мне нравилось видеть её растерянность. Очевидно, что она привыкла всё контролировать – начиная от осанки и заканчивая словами, которые так ярко субтитрами читались в её глазах.

— Так, как тебя зовут по-настоящему? – не сдержавшись, спросил я.

— Ты узнаешь моё настоящее имя только в одном случае, – чуть повернувшись и хитро улыбнувшись, ответила рыжая.

— Когда завалю тебя в кровать? – сорвалось прежде, чем я успел сдержаться.

Руки на руле сжались сильнее, пальцы побелели от напряжения. Я не собирался это говорить. Это было грубо, неуместно, да и вообще – не по делу.

Она резко выдохнула носом, на мгновение зажмуриваясь, явно сдерживая порыв высказать всё, что думала обо мне.

— Ты переоцениваешь свои шансы, Морвель, – её голос звучал почти лениво, но я чувствовал: где-то внутри уже трескается лёд. – Я не из тех, кого можно трахнуть, чтобы стать ближе.

Признавать то, что не прав, я точно не собирался, а потому продолжил выводить её. Конечно, речи о том, чтобы рассмотреть Смит как объект для утех, быть не могло. Я ведь не настолько идиот. Но она пусть думает иначе, может, тогда будет вести себя не как последняя стерва.

— И в каком же случае я узнаю твоё имя?

— Когда будешь подыхать, – заявила она негромко, но отчётливо. – Так и быть, соизволю прошептать тебе его на ухо. В качестве прощального подарка.