Книга Четыре касания тьмы, страница 7 – Амалия Мо

Мне нужны были реальные мотивы, которые были у каждого подозреваемого. Как я, блять, допустил, что Роза стала объектом внимания сразу трёх мудаков?! Если бы только один Берроуз, я бы мог найти против него доказательства, но их было больше, и каждый из них, особенно Альвар, действовал скрытно.

Я мог бы поехать к Калебу, заняться Зои, но это не привело бы ни к чему хорошему.

Мой отряд сейчас вряд ли поможет с первокровными. Если я, конечно, не стану использовать их как пушечное мясо…

Нужно сосредоточиться на чём-то одном. Но проблема в том, что я не имел понятия, с чего начать. Поехать к Флоу, чтобы исключить его из списка подозреваемых? Встречаться с ним один на один рискованно. Я мог сорваться и прикончить ублюдка, который всё это время недвусмысленно намекал на то, что Роза ему нравится. Убью его – и меня тут же упекут за решётку.

Я развернул байк и решил действовать осторожно. Для начала послежу за мудаком издалека, чтобы убедиться, что он не имеет отношения к исчезновению Левьер.

Альвар, кажется, подошёл ближе, нависая надо мной. Сил, чтобы посмотреть, не было. Вообще ничего не было, лишь пустота и холод, окутавшие каждую клеточку тела.

— Нет. Никуда не годится, сначала подлатаем её. Не хочу потерять этого симпатичного котёнка, – горячие пальцы подхватили моё лицо, вынуждая поднять глаза.

Выродок приторно улыбнулся. Я почувствовала, как он водит большим пальцем по моим губам, безотрывно следя за ними.

— Признайся, вспоминала обо мне? – наклонившись, шепнул он. – Я постоянно. Ты выглядишь иначе, но я ни за что не забуду твой вкус… такой сладкий, – его язык прошёлся по мочке, вызывая во мне отвращение.

Берроуз что-то говорил, кажется, спорил. Боялся, что план провалится и меня найдут раньше, чем обратят.

— О, не переживай, друг мой. Вы ведь сбили её запах?

— Само собой! – фыркнул Берроуз, будто Альвар спросил какую-то глупость.

Смысл долетал до меня с опозданием. Наверное, они говорили о Демиане, но я не могла быть уверена.

Демиан…

Я почему-то вспоминала его. Наш разговор на его кухне и то, каким расстроенным он казался. Очевидно, я обидела его тем, что не приняла его желание стать человеком. А всё из-за моего страха…

Ещё недавно я была убеждена, что первокровные – чудовища. И вот в моей жизни появился Демиан Морвель, который не пытался убедить меня в обратном, но почему-то всё-таки убеждал. Он собирался отказаться от крови, чтобы быть рядом… Чтобы я прекратила приравнивать его к существу, растоптавшему мою прошлую жизнь.

Но думать сейчас нужно не о нём, а о себе… Нет смысла жалеть о сказанном или о том, чего, наоборот, не сказала. Или как раз сейчас этот смысл и был… Ведь потом я не смогу об этом думать…

Происходящее плыло перед глазами, как в замедленной съёмке. Я достигла точки отключки и больше не могла держаться в сознании.

Когда я снова моргнула, поняла, что оказалась в другом месте, похожем на тюремную камеру. Сколько времени прошло с того момента, как я вырубилась – не ясно.

Помещение было низким, стены из серого бетона, без окон. Слабая лампа под потолком горела мутным жёлтым светом, отбрасывая длинные тени. В углу стояла металлическая раковина, неподалёку – единственный деревянный стул и массивная железная дверь с маленькой решёткой.