Книга Пять ударов в минуту, страница 92 – Амалия Мо

Я попрощалась с семьёй и вернулась в машину, где облегчённо выдохнула. Самое сложное было позади. Венера сказала то, чего не должна была, но я как-нибудь справлюсь с этим.

Было жаль, что из-за меня никто толком не поговорил и всем пришлось отыгрывать равнодушие.

Машина плавно выехала за ворота, а я наивно подумала, что смогу немного отдохнуть…

— Влюблена?

Я ожидала, что он заговорит, но надеялась, что у меня будет чуть-чуть передышки.

— До безумия, — равнодушно ответила я, прикрывая веки.

Мне не требовалось возвращать взгляд, чтобы понять, что Кронвейн прожигающе пялится.

— А что мне надо было ей сказать?

— Правду.

Всё-таки пришлось на него посмотреть, хотя я бы предпочла никогда не видеть его лица.

— Чем тебя так пугает правда, serpens? Твои братья ведь в курсе реального положения дел.

Я смотрела на его профиль слишком долго, потому что в голове опять мелькнула дурацкая мысль о его привлекательности. Белые волосы были зачёсаны назад небрежно, но в этом таилась какая-то неправильная гармония. Резкие, почти холодные черты лица, скулы подчёркнуты тёплым светом из окна, тёмный взгляд прямо на дорогу, губы... На них я не стала задерживаться, чтобы не спровоцировать воспоминания…

Поздно. Его губы на вид были жёсткими, но я слишком хорошо помнила, что поцелуи не вязались с его образом жестокого мужчины. За те два коротких поцелуя, которые никогда не должны были случиться, я почти поверила в иллюзию, что Кронвейн способен быть нежным со мной.

Интересно, с Юриэль он вёл себя нормально? Получала ли она от него тепло и заботу? Видела ли она его искреннюю улыбку?

Я не должна была думать об этом… Личная жизнь Риэля меня не касалась. Моя роль рядом с ним проста и понятна, а это самое главное.

— Ты собираешь отвечать или решила всю дорогу пялиться?

Точно, он ведь о чём-то спрашивал… Что-то про причину, по которой я соврала собственной матери.

Я отвела взгляд к окну, будто там могла найти более удачную формулировку, и только потом снова посмотрела на него, уже без лишних мыслей.

— Правда унизительна, Кронвейн. Для нас обоих.

— И в чём же моё унижение?

— Ты шантажом вынудил меня заключить этот союз. Уж лучше ложь о влюблённости, чем правда о том, что ты так сильно меня ненавидишь и готов жертвовать собственным комфортом лишь затем, чтобы напоминать мне: я не заслужила быть счастливой.

— Моим комфортом можно и пожертвовать, чтобы ты каждый день помнила о своей сути. Маленькая, лживая змейка, — на его губы легла мерзкая усмешка. — Ты очень ловко врёшь даже самым близким, Лидия. Выдумала влюблённость, лишь бы не признавать, что сама привела ко всему этому.

— Да-а, глупо было это выдумывать…

Глупо ещё много лет назад было выдумывать влюблённость. И именно она привела ко всему этому.

Мы вернулись в дом к закату. Почти весь день ушёл на приключение, которое я бы предпочла провести не в компании Кронвейна. Я вышла из машины первой и сразу направилась внутрь, не оглядываясь.

Наверху было проще сосредоточиться на чём-то конкретном. Я собиралась взять книгу и читать, даже если слова будут проходить мимо. Главное — занять голову. Когда мысли оставались без дела, они слишком быстро возвращались туда, куда возвращаться не стоило.

Мне нужно было отвлекаться. Разговоры всегда помогали лучше всего, потому что не оставляли пространства для размышлений. Бар подошёл бы идеально: шум, люди, чужие фразы, на которые не нужно реагировать. Пара часов и напряжение отступило бы.