Книга Пять ударов в минуту, страница 85 – Амалия Мо

Я надеялась, что время с семьёй отвлечёт от желания выпить крови, но из-за Кронвейна всё стало только хуже.

Не стоило говорить о своей симпатии к другому мужчине, но уже поздно.

— Он внимательный, умеет рассмешить и с ним комфортно находиться, а ещё… Ты представляешь, пару лет назад его семья отправляла намприглашение на встречу. Но письмо не дошло.

Я видела его профиль, напряжённую линию челюсти и пальцы, стиснувшие руль так, будто он хотел вырвать его. И в этом напряжении было нечто приятное. Можно было вообразить, что Риэлю есть какое-то дело.

— С чем связано такое откровение? — уголок его губ дёрнулся, но не в попытке улыбнуться, а скорее, как нервный импульс.

— Думала, что ты получишь удовольствие от того, что я страдаю. В моей жизни появился достойный мужчина, но я замужем и связана обязательствами. Решила быть честной, как ты и хотел. А ещё мне нужен секс. Завтра я планирую отправиться в бар.

Фильтр, удерживающий меня от глупостей, износился. Виной всему была жажда, разумеется. Я не могла остановить злость, проявляя воинственность, которой никогда не страдала.

— Вижу, что ты собираешься отказать и послать меня куда подальше, но я отказалась от крови и начинаю терять контроль. Мне снился сон, как я загрызаю человека.

Что я несу?! Кронвейн последний, кому стоило говорить такие вещи…

— И ты планируешь остаться с мужчиной наедине в таком состоянии?

— Можешь проконтролировать, правда придётся смотреть...

Машина замедлилась, но Риэль не остановился — просто сбросил скорость, будто ему нужно было немного времени, чтобы удержать контроль.

— Ты играешь с вещами, которые плохо заканчиваются. И прекрасно это понимаешь. Сегодня дам тебе пару глотков.

— Нет! — выпалила я так резко, что сама вздрогнула. — Я не собираюсь пить кровь. Овуляция вот-вот начнётся…

— Мне плевать на твою овуляцию, если есть угроза жизни людей.

— Хорошо, тогда пристегни меня наручниками или запри в камере…

Я несла чушь и не могла остановиться. Если продолжу, действительно окажусь за решёткой и прощай то, что осталось от моей жизни.

— С камерой я переборщила, — тихо добавила я, поймав его мимолётный взгляд. — И вообще забудь, это всё из-за голода…

Машина остановилась так резко, что меня дёрнуло вперёд, но я почти не обратила на это внимания. Потому что Риэль в тот же момент наклонился ко мне, нарушая дистанцию. Я не успела ни отшатнуться, ни собрать мысли.

— Ты хоть понимаешь, что делаешь? — раздражённо спросил он.

Я хотела ответить, но слова оборвались, потому что его рука легла мне на колено. От этого прикосновения по телу прошла такая волна, что я возненавидела себя за то, как легко меня выдала эта реакция.

Это просто биология… Отказ от одного требовал компенсацию другим. Голод первокровных не всегда можно утолить кровью. И, возможно, будь у меня оргазмы на регулярной основе, я бы не задумывалась о жажде.

— Ты говоришь про камеры, наручники, других мужчин, — медленно произнёс он, толкнув руку выше к краю чулка, — и при этом сидишь рядом, дрожишь от голода и злости и смотришь так, будто хочешь, чтобы я сделал выбор за тебя.

Не стоило ему говорить таким голосом и одновременно забираться мне под юбку. Смысл слов перестал доходить, а кожа жадно ловила прикосновения.

— Именно поэтому ты не поедешь ни в какой бар и не останешься наедине ни с кем, пока находишься в таком состоянии.