Книга Хозяйка скандального салона "Огонек", страница 94 – Марика Полански

— Я лишь пытаюсь помочь! – обиделось зеркало. - Хотя бы ленточку вплетите. Ну или хотя бы шпильками заколите эти ваши… локоны.

Страдальчески закатив глаза, я скрутила волосы в жгут и заколола шпильками с жемчужными бусинами.

— Лучше?

Зеркало скептически фыркнуло. Но промолчало, решив, что пучок - предел моих возможностей.

Пока спускалась по лестнице, я надеялась, что незваный гость устанет меня ждать и уйдет.

Как бы не так!

Возле окна покачиваясь с пятки на носок, стоял мужчина средних лет. Черный сюртук сидел на нем как влитой. Под самым подбородком виднелся черный шейный платок с золотой булавкой. Темные с едва пробившейся сединой волосы были зализаны назад, а лицо украшала бородка-эспаньолка.

На столике рядом с окном лежал портфель. Судя по коже, из которой был сделан портфель, адвокат явно брал за свои услуги годовое жалование среднего работника Норстрии.

От одного вида господина Кроули в животе свернулся тугой узел тревоги, а ноги сделались ватными.

Услышав мои шаги, он обернулся и вежливо поклонился с изяществом, достойного танцмейстера.

— Леди ван Дорт, - произнес он голосом, сухим и деловым, как шелест бумаги. - Себастьян Кроули, к вашим услугам. Я - юрист лорда Винсента ван Дорта. Благодарю, что согласились меня принять, несмотря на столь неурочный час и… - он бросил взгляд на мою прическу, - очевидные неудобства.

— Господин Кроули, - я опустилась в кресло и указала ему на диван. - Присаживайтесь, пожалуйста. Что за дело привело вас ко мне? Надеюсь, это не сюрприз в духе «ваша мать задолжала банкам три тысячи золотых, и теперь вы расплачиваетесь»?

Взяв портфель со столика, Себастьян моргнул и чуть приподнял брови. Он явно не ожидал подобной прямоты. И без того тонкие губы стянулись, выдавая скорбную улыбку. Именно такую улыбку часто приходится видеть у людей, которым поручено сообщать неприятные новости.

— Не совсем. Но новости действительно нерадостные.

Он сел, аккуратно положил портфель на колени и достал из него несколько бумаг, перевязанных черной лентой. Бумаги были новыми и достаточно плотными, с размашистыми подписями и гербовыми печатями.

— Я представляю интересы семьи ван Дортов, - начал он, развязывая ленту. – Ваш отец вызвал меня несколько дней назад, чтобы подписать официальные документы об отказе.

Я выпрямилась, почувствовав, как сердце пропустило удар.

— Об отказе чего? - осторожно поинтересовалась я, переставая чувствовать собственные ноги.

Вместо ответа Кроули протянул мне бумагу. Я взяла ее, стараясь не выдать волнения, и пробежала глазами по строчкам. Затем перечитала еще раз. Потом третий, чтобы убедиться, что не померещилось.

Винсент ван Дорт официально отказывался от своей дочери Эвелин ван Дорт.

Документ едва не выскользнул из моих пальцев. Я сцепилась в него обеими руками. Не верилось, что отец взял и одним росчерком выкинул меня из своей жизни. А ведь каким любящим родителем он мне представился в первый раз.

— Это… - В груди стало тесно, как будто не хватало воздуха. Я судорожно сглотнула и попробовала снова: - Это какая-то ошибка? Дурная шутка?

— Увы, миледи, - Кроули покачал головой с видом человека, который видел такую реакцию и не раз. - Никакой ошибки. Ваш отец официально отказался от вас. Теперь вы не имеете никакого права претендовать на его имущество или наследство. Вы так же не имеете права пользоваться его фамилией, приближаться к дому ван Дортов и пытаться связаться с их семьей. Кроме того, лорд ван Дорт закрывает счета, ранее открытые на ваше имя, и отзывает слуг, Минди Крок и Карла Вальтона, которые прибыли в город вместе с вами. Однако вам остается наследный дом вашей матери Айрэн Миррен и ее счет на пятьдесят тысяч золотых. Сумма, конечно, более, чем скромная. Но при правильном управлении хватит до конца жизни.