Книга Право Хищника, страница 16 – Лина Миллер

— Спи, — сказал он. — Завтра будет тяжёлый день.

— Ты тоже спи.

— Я буду спать. — Он усмехнулся. — С тобой в обнимку. Лучший сон в моей жизни.

Она хотела ответить что-то язвительное, но глаза уже слипались. Усталость накрыла волной, и последнее, что она почувствовала перед тем, как провалиться в сон — его губы, коснувшиеся её виска.

—

Среди ночи Дара проснулась.

Не от шума. Не от холода. От тишины. Слишком плотной, слишком тяжёлой.

Алекс спал рядом, дыхание ровное, рука на её талии тяжёлая и тёплая.

Но внутри, там, где пульсировала связь, билась тревога.

Что-то не так.

Она прислушалась. Тишина. Ни ветра, ни зверей, ни обычных ночных звуков.

И вдруг — вой. Далеко, но от него кровь застыла в жилах.

Алекс открыл глаза мгновенно. Без пробуждения, без перехода — просто распахнул их, и в них горело золото.

— Ты слышал?

— Да.

Он сел, притягивая её к себе.

— Это они.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что так воют только те, кто пришёл убивать.

Вой повторился. Ближе.

И в ответ ему — с десяток голосов со стен поместья. Северяне отвечали, предупреждая: мы здесь, мы готовы, мы не отдадим.

— Алекс... — прошептала Дара.

— Тихо. — Он уже натягивал штаны, набрасывал рубашку. — Сиди здесь. Никуда не выходи. Я запру дверь.

— Я с тобой!

— Нет. — Он обернулся, и взгляд его был твёрдым, как камень. — Дара, если они прорвутся, здесь последняя линия обороны. Ты должна быть в безопасности.

— А если ты не вернёшься?

Он замер. Подошёл. Опустился перед ней на колено, взял её лицо в ладони.

— Я вернусь. Я всегда буду возвращаться к тебе. Запомни это.

И поцеловал.

Жёстко, требовательно, отчаянно. Так, что у неё потемнело в глазах и перехватило дыхание.

Когда он оторвался, они оба тяжело дышали.

— Это чтобы ты знала, за что я буду бороться, — выдохнул он. — Жди.

Дверь за ним захлопнулась. Щёлкнул замок.

Дара осталась одна, прижимая пальцы к губам, на которых ещё горел его поцелуй.

А снаружи нарастал вой.

Дара сидела на кровати, сжимая в руках край одеяла, и считала удары своего сердца.

Один. Два. Три. Четыре.

Снаружи орали. Выли. Рычали так, что стены вибрировали. Где-то совсем близко раздался страшный треск — будто дерево переломилось пополам. Или чья-то кость.

— Алекс, — шепнула она в пустоту, сжимаясь в комок.

Связь, которая пульсировала где-то в груди, молчала. Нет, не молчала — она кричала. Но не словами, не мыслями — чувствами. Ярость. Боль. Азарт битвы.

Жив. Он жив.

Дара вскочила и заметалась по комнате. Маленькое тюремное пространство — роскошная спальня альфы, а для неё сейчас — клетка. Она подбежала к окну, отдёрнула штору.

Во дворе творился ад.

Лунный свет заливал поляну перед поместьем, и в этом серебряном сиянии мелькали тени. Десятки теней. Свои и чужие смешались в клубок, из которого летели клочья шерсти и брызги крови. Дара искала глазами Алекса и не находила — слишком много, слишком быстро, слишком страшно.

— Боги, — выдохнула она, прижимаясь лбом к холодному стеклу.

В этот момент дверь содрогнулась от удара.

Дара подпрыгнула, обернулась.

Ещё удар. Ещё. Треск дерева.

— Алекс! — закричала она, бросаясь к двери. — Алекс!

Но это был не Алекс.

Дверь вылетела внутрь, срываясь с петель, и в проёме возникла огромная фигура. Чужак. Тот самый, с красными глазами. Альфа, который ушёл тогда из дома Дары.