Книга Гостиница „три Посоха“. Попаданка в мире магии, страница 36 – Велена Князь

— История — это скучно. А современность — это розовый!

— Но…

— Бартоломей, — она подошла к нему и положила руку на плечо, — вы когда-нибудь пробовали жить в розовом мире? Это меняет всё. Поверьте.

Через три дня холл было не узнать.

Через три дня холл было не узнать. Лилит каким-то образом раздобыла краски, ткани и декор. Стены, ещё недавно нейтрального цвета, теперь были выкрашены в нежно-розовый с золотыми вкраплениями, и при свете люстры эти вкрапления начинали мерцать, создавая иллюзию, что стены дышат. На окнах появились шторы с блёстками — длинные, тяжёлые, они мягко шелестели при каждом движении воздуха, и в этом шелесте было что-то уютное, почти домашнее.

Старый ковер тоже исчез. Вместо него на полу лежал новый — толстый, пушистый, розовый, с огромным единорогом посередине. У единорога были такие большие фиолетовые глаза, что он казался живым, и Бартоломей, впервые увидев его, замер на пороге с выражением человека, который случайно зашёл не в ту дверь и теперь не знает, как отсюда выбраться.

— Единорог? — спросил он, и голос его прозвучал на полтона выше обычного. — В холле гостиницы для магов?

— Это тренд! — отрезала Лилит. — Единороги сейчас в каждом втором блоге. Мы должны быть современными!

Крысам новые шторы понравились, они использовали их как гамаки. Астарот, увидев розовые стены, сначала испугался, потом привык и даже попросил сделать себе такой же дизайн в его номере.

Вторым проектом Лилит стала кухня. Грумли, который после похвалы Вельзевула сиял от счастья, согласился на всё.

— Будем снимать кулинарное шоу! — объявила Лилит. — «Шеф-повар из Ада»! Ты будешь звездой!

— Звездой? — переспросил Грумли, замирая.

— Звездой! Я уже придумала концепцию: ты готовишь, а я комментирую.

Съёмки первого выпуска чуть не спалили кухню. Грумли, окрылённый вниманием и желанием превзойти самого себя, решил добавить в суп новый ингредиент — «взрыв молодости», который нашёл в старых запасах Магнуса. Ампула с мутноватой жидкостью стояла на полке в самом дальнем углу, покрытая тонким слоем пыли, и Магнус, когда Грумли спросил у него, что это, лишь небрежно отмахнулся.

— Это безопасно? — спросила я, глядя, как суп искрит.

— Абсолютно! — заверил Грумли. — Магнус не разрешил бы мне брать опасные ингредиенты!

Суп в итоге взорвался прямо в кадре. Жидкость рванула вверх, окатив Грумли с головы до ног, камера телефона забрызгалась, а на стенах остались тёмные подтёки, которые почему-то светились в темноте.

— Гениально! — заорала Лилит, снимая всё. — Это же вирусный контент! Подписчики обалдеют!

Грумли, чумазый, с обгоревшими усами, но счастливый, улыбался в камеру.

Элеонора, которая мыла полы рядом, только вздохнула.

— Опять убирать, — пробормотала она. — Ещё одна уборка в моей бесконечной жизни.

— Хотите, я сниму, как вы моете? — предложила Лилит. — Это будет медитативное видео. «Три тысячи лет уборки: взгляд эльфийки на бытие».

— Не хочу.

— Хотите-хотите!

Через час Элеонора мыла пол перед камерой, а Лилит комментировала:

— Смотрите, какая техника! Какая скорость! Это не просто уборка, это философия! Каждое движение швабры — шаг к просветлению! Подписывайтесь, чтобы узнать, можно ли достичь нирваны, моя полы!

Видео набрало миллион просмотров. В комментариях писали: «Хочу такую эльфийку домой», «Это лучше любого антистресса», «Она моет, а я расслабляюсь».