Книга Безумные дни в Эстерате, страница 141 – Эрли Моури

— Нет, не шлюха! Ты деловой партнер! — возразил ростовщик. — Все по-честному. Доход от сделки с тобой пополам.

— Так, идем покупать новую одежду, — арленсийка решительно встала и начала надевать платье. — Прогуляюсь пока в порванном и влажном. Веди. Где здесь самые престижные лавки?

В одежной лавке, что примыкала к амфитеатру, Эриса купила превосходную тунику шафранового цвета, новый поясок с крошечной набедренной сумкой из верблюжьей кожи и широкие шаровары, в которых так вольно и приятно было ножкам. Такие шаровары были в моде у богатых аютанок. И почему она раньше сторонилась аютанских одежд? Ведь в Арсисе стануэсса любила примерять всякое новое. В дополнение к названному халат и длинное, до пят платье с красивым шитьем так же пополнило пока еще скудный хархумский гардероб стануэссы. К Восточной торговой гильдии они так же успели пройтись. Пока Лураций решал там какие-то деловые вопросы, стануэсса прогулялась к пристани, глядя на корабли на рейде и множество чаек. У соседнего причала стоял на погрузке большой арленсийский когг. По говору моряков стануэсса догадалась, что судно из северного Норсиса и так захотелось подойти к команде, с кем-нибудь поговорить. Но вскоре появился господин Гюи и они направились к Столетней площади.

Вечерело и у входа уже пылали осветительные чаши, когда они вернулись в «Гордый Струтс».

— Давай сделаем так, — сказала госпожа Диорич, придержав своего возлюбленного за локоть. — Сейчас я отнесу покупки в свою комнату, переоденусь и мы спустимся в обеденный зал. Кушать хочу! — она даже рассмеялась. — Не ела сегодня, честное слово! И плачу за ужин я. И потом поднимемся в мою комнату. Будем спать там. Только имей ввиду: моя комната — мои правила.

— Как пожелаете госпожа, — согласился Лураций. — Но завтра за все плачу я и вы окажитесь в моей комнате, где будут… — он обнял ее и прошептал на ушко: — Мои правила.

— О, Боги… Скорее бы наступило завтра, — арленсийка рассмеялась и начала быстренько подниматься на второй этаж.

— Послушай, Лураций, — Эриса остановилась у двери, вытаскивая из поясной сумочки ключ. — У меня к тебе будет очень серьезный разговор. Когда мы спустимся на ужин — там. Расскажу все сразу и поделюсь планами. Это очень важно для нас двоих.

— Что-то случилось? Кюрай Залхрат? — догадался ростовщик.

— Да. Хотя не только в нем дело. Не хотела говорить пока, чтобы не тяготить неприятными мыслями. Понимаешь, — она открыла дверь и, переступив порог, повернулась к нему. — Вчера и особенно сегодня — это те дни, когда я много улыбалась и смеялась. Словно гири с ног. Я парю. И мне впервые за много дней так хорошо. Но после твоего отплытия была только злость, боль, страх и очень тяжелые размышления.

— Ну, говори дальше? — господин Гюи застыл в дверном проеме.

— Скажу. Там внизу, за ужином. Выпьем немного вина, и я все расскажу. А сейчас быстро переоденусь, — она отошла к зеркалу, выложив на тумбочку покупки. Там же облачилась в новое длинное платье из тонкой сиреневой ткани с красивым шитьем. — Идем, — сказала госпожа Диорич, — украсив прическу костяной с серебром заколкой.

К тому времени, как девушка-подавальщица принесла им хрустальный графин с вином, стануэсса уже успела рассказать все, что произошло между ней и членом Круга Высокой Общины.