Книга Свет над Грозовым Створом, страница 10 – Алиса Миро

В животе снова заурчало, напоминая, что одной кашей сыт не будешь.

Я спрятала тетради обратно на дно сундука и тщательно прикрыла их грубыми платьями. Интуиция подсказывала, что Лорду Сторму, который гоняет солдат на плацу, не стоит знать о моем интересе к «жабьим шкурам».

Выпрямилась, чувствуя, как хрустнул позвоночник.

Теперь у меня был план.

Первое: одеться во что-то, что не напоминает власяницу.

Второе: найти кухню. Если гора не идет к Магомету с нормальной едой, Магомет пойдет и проведет аудит пищеблока.

Начала натягивать на себя шерстяное платье, морщась от его веса и запаха пыли.

Дверь моей комнаты — нет, моей камеры — оказалась тяжелой, как крышка гроба. Пришлось навалиться всем весом, уперевшись ногами в новых, пахнущих овчиной чунях в каменный пол, чтобы заставить створку поддаться.

Она открылась с протяжным, мучительным стоном несмазанных петель, от которого заныли зубы.

— Смазка WD-40. Внести в список, — пробормотала я, вытирая испарину со лба. Одно только открывание двери стоило мне одышки.

Я шагнула в коридор.

Если в комнате было просто холодно, то здесь царил настоящий ледниковый период. Коридор был узким, темным и вытянутым, как кишка. Камень стен влажный, покрытый белесым налетом плесени или соли.

Сквозняк ударил в лицо с такой силой, что заслезились глаза. Он гулял здесь по-хозяйски, свистя в бойницах, расположенных высоко под потолком.

— Энергоэффективность здания — минус ноль, — констатировала я, плотнее запахивая на груди колючее шерстяное платье.

Первый шаг. Тазобедренный сустав отозвался глухим щелчком. Второй шаг. Колено стрельнуло острой болью.

Инстинктивно потянулась рукой к стене, ища опору. Пальцы коснулись осклизлого, ледяного камня.

«Никаких перил. Никаких поручней. Доступная среда для маломобильных граждан отсутствует».

Я шла медленно, шаркающей походкой, прижимаясь плечом к стене. Моей целью был запах.

Вездесущий запах жареного лука и кислой капусты, который, как путеводная нить, тянулся откуда-то снизу. Там, где еда, там тепло. И там люди.

Лестница стала настоящим испытанием. Ступени высокие, стертые посередине миллионами ног, проходивших здесь веками. Спускаться по ним в теле пятидесятилетней женщины с артритом было все равно что балансировать на канате над пропастью.

Я спускалась приставным шагом. Левая нога вниз. Опора. Подтянуть правую. Перевести дух.

— Раз. Два. Дышим, Лена. Это просто очень медленный фитнес.

Где-то этажом ниже послышались голоса. Громкие, уверенные. Звон ключей.

Я замерла на площадке, переводя дыхание. Сердце колотилось в горле, ладони стали влажными от напряжения.

Из бокового прохода, ведущего, судя по запаху, в хозяйственное крыло, выплыла — иначе не скажешь — женщина.

Она была необъятной. Монументальной. Широкая в кости, плотно сбитая, с красным, мясистым лицом и маленькими, колючими глазками, утонувшими в складках щек. На поясе, поверх безупречно чистого, накрахмаленного передника, висела внушительная связка ключей. Они звенели при каждом ее шаге, как кандалы.

Мерца. Экономка. Я поняла это сразу. Так выглядят женщины, которые держат в кулаке не только кладовые, но и жизни всех обитателей. Власть — она пахнет уверенностью.

Она увидела меня и остановилась. Не поклонилась. Даже не изобразила подобие уважения. Просто уперла руки в бока и оглядела с ног до головы.