Книга Драконы средней полосы, страница 39 – Маша Старолесская

Золотой дракон закладывал в воздухе лихие виражи, разгонялся и медленно сбрасывал скорость, держась почти вертикально, взмывал к солнцу и обрушивался вниз, чтобы в самый последний момент резко подняться. Жанна показалось, что он хочет произвести на неё впечатление, но золотокрылый кружил в воздухе самозабвенно, он наслаждался полётом, свободой, небом и весной, и, наверно, тоже не думал ни о чём земном.

* * *

Церковь была небольшая, построенная в классическом стиле. Розоватая штукатурка на стенах от влаги исходила разводами. В высоких скруглённых окнах барабана не было не то, что стёкол – пропали даже рамы. Одна из полуколонн когда-то помпезного портика треснула и стояла теперь, истекая красной кирпичной крошкой. На месте дверей красовалась сколоченная из нестроганых досок загородка, к которой кнопками был прибит файлик с табличкой «Просьба соблюдать порядок!». Доски были свежие, ещё не успевшие потемнеть.

— Здесь команда волонтёров работает. Восстанавливают потихонечку. В том году из соседнего села батюшка в престольный праздник приезжал служить.

— Круто! А про праздник ты…

— Ребята рассказывали. Я им иногда помогаю, если получается сюда вырваться.

— Но…

— Нет. Как видишь, в пепел и прах я пока не рассыпался. Да и тебе ничего не грозит. Хочешь, проверим? – Леший раздвинул пару досок у загородки.

— А можно? У меня даже платка нет…

— Куртка… Капюшон можно накинуть, – подсказал Леший. – Наверно, лучше, если я первым пойду, да?

Жанна кивнула, и Леший протиснулся в узкую дыру в загородке.

— А если я застряну? Будем ждать, как в «Винни-Пухе»?

— Я тебя спасу. Не бойся.

Жанна раздвинула доски пошире и принялась осторожно, бочком протискиваться внутрь, утешая себя древней, как мир, присказкой: пролезла голова – пролезет и всё остальное.

После яркого солнечного света снаружи в притворе было темно – весь нижний ряд окон когда-то давно заложили кирпичами, и свет проникал сюда только через окна в барабане.

— Осторожно, здесь только начали менять полы. Можно провалиться в дыру, – услышала Жанна голос Лешего. Глаза её пока привыкали к резким перепадам света.

— Умеешь ты успокоить.

— Стараюсь, как могу.

— Тогда дай руку, а то мне страшно.

Глаза приспособились к полумраку, и Жанна смогла различить остатки лепнины на потолке, выкрошенные витые полуколонны – и огромную дыру в полу буквально в шаге от того места, где она стояла.

Здесь, внутри воздух был тяжёлый, влажный и прохладный, как бывает часто в очень старых зданиях с толстыми каменными стенами. Не пахло ни ладаном, ни воском – только новыми досками. Видимо, полы здесь начали чинить не от входа.

— А что здесь было раньше, ну, после того, как церковь закрыли.

— Да как обычно – овощехранилище. Но даже я этого не застал толком. Помню её просто пустой и заброшенной.

Держа Лешего за руку, Жанна медленно шла к центральной части церкви. Здесь уже было светло, и можно было получше рассмотреть внутреннее убранство, но смотреть было не на что. Она надеялась увидеть на стенах росписи, пусть даже испорченные и наполовину уничтоженные, но весь нижний ярус был выкрашен синей краской, наводящей на мысли о заводской столовой или поликлинике. В нескольких местах можно было заметить большие белые пятна.

— А это зачем?

— Закрашивали всякую похабщину. Здесь же чего только не было за все эти годы… – Леший махнул рукой. – Хотя я, когда мелкий был, тоже сюда лазал, было дело. Очень на росписи было интересно смотреть.