Книга Прекрасной юности момент, страница 4 – Эва Эльс

Когда-то мы сюда ходили с родителями, тогда я была ещё меньше и мы постоянно болтали о чём-то, разгуливали по побережью, клали плед на песок и устраивали небольшой пикник, шутя и смеясь. Пляж не поменялся за это прошедшее время, изменилось лишь то, что уже третье лето я ходила сюда одна. На глаза навернулись слёзы и я смотрела, как волны утягивали солнце за горизонт, медленно съедая его тепло. Уходя всё дальше, я провожала этот день. Подальше от чистого берега, подальше от людей. Сидела на крупном валуне, смотря как закат окрашивается в светло-красный, оранжевый и малиновый оттенок. Щёки всё сильнее щипало от слёз.

Вряд ли я ещё раз смогу наблюдать этот закат следующим летом. Возможно оно последнее в этом городе, но даже если это так, то я буду наслаждаться каждым его днём.

— Ты, Пеппи Длинныйчулок!

Губы скривились в неприятной ухмылке, когда я вновь созерцала копну волос, больше напоминающих птичье гнездо, нежели причёску. Неприязнь отступила на второй план, сменилась недоумением: что тут забыл этот мальчишка ещё и запыхавшийся, словно пробежал марафон?

— Чего тебе?

— Я конечно очень ценю подарки, но твой рюкзак брошенный мне под ноги - не в моём стиле. - я похлопала глазами, смотря на пушистый голубой рюкзак с изображением чеширского кота. Мой рюкзак.

— Ноешь как принцесса, которой платье не то подобрали. Может у тебя всё-таки корона на голове, а не гнездо?

Он просто кинул мой рюкзак на землю и развернувшись начал что-то бубнит под нос, медленно уходя Из его слов я мало что разобрала кроме одной фразы, явно брошенной специально:

— Глупые девчонки! Вечно чем-то недовольны.

Я спрыгивала с камня и увязывалась за ним хвостиком, по дороге подбирая рюкзак.

— Хэй! - он не обернулся и не откликнулся. - Эй, ну я же к тебе обращаюсь!

Наконец-то моя назойливость где-то пригодилась! Парнишка театрально развернулся, цокая языком и закатывая глаза, словно делал мне одолжение.

— Во-первых, я не «Хэй», не «Эй», я - Александр. Во-вторых, так уж и быть, я приму твои благодарности и, надеюсь, извинения - заранее.

Алекс подошёл ко мне, протягивая руку для взаимного представления.

— Спасибо... И извини. - через ком детской гордости я выдавила эти слова. - Я - Ребекка.

— Будем знакомы, Бекки-би.

***

Я опустила ноги с кровати на пушистый ковёр, притупляя взгляд в серые ворсинки на которые упал свежий пепел. Прохладный ветер отрезвлял и отгонял сонные мысли, раздувал полупрозрачные белые занавески и сдувал следы очередного мелкого преступления с ковра. Каждое утро стало одинаковым - я не довольствую из-за собственной лени, почтовый ящик ломится от писем с рекламой, предложениями и порой там попадаются письма отправленные отцу. В комнате витал сладкий запах сигарет. При стуке в дверь я поспешно вставала с кровати, почти теряя равновесие от того, что в глазах потемнело, но я всё равно активно рылась под прикроватной тумбой, пытаясь найти старую банку из-под красок - очередное неудавшееся увлечение. Ну, хоть где-то пригодилось.

— Ребекка! Открой дверь немедленно, какого чёрта я чувствую запах сигарет?! - я бубнила под нос, тушила бычок и прятал банку подальше. Доставала жвачку из ящика тумбы и закидывала половину пачку неприятной жгучей мяты, стараясь как можно активнее прожевать её, лишь бы не было нотаций. Открывая дверь я их всё равно не избежала: - Не смей закрывать дверь от собственной матери, сколько раз тебе это повторять? - очередные сотни слов о моём ужасном поведении, вреде курения, употребления алкоголя, наркотиков и ранний секс. Всё опять шло по очередному адскому кругу.