Книга На один укус, страница 79 – Амалия Мо

— Детектива, который расследовал дело о пропаже Логана нашли убитым, его иссушил актир, – за меня ответил Демиан.

На лице матери семейства скользнула тень удивления, а после сожаления. Она подошла ближе и подняла руку, возможно, желая коснуться и утешить меня, но я молча пошла к лестнице.

Никто из присутствующих не пошёл следом, не принял попытку остановить меня. Если бы я могла порадоваться, непременно обрадовалась бы. Но мне было всё равно.

Рухнув на кровать в комнате, я попробовала заплакать, но слёз не было. Горло сдавливала невидимая рука.

В голове крутилось только одно: у меня ничего не осталось. Ни-че-то. ни одной фотографии, ни одной его вещи, лишь воспоминания. У меня не было даже места на кладбище, куда я могла бы прийти, чтобы поговорить с ним. Всё, что осталось память.

Подтянув колени к груди, я пыталась убедить себя, что нужно просто дышать. Сделать короткий вдох и такой же короткий выдох и так каждый день. Каждый новый грёбанный день своей жизни. Дышать и вспоминать…

Месяц спустя

Если бы я знала, что «в скором времени» у Берроуза означает не дни, не недели, а мучительную, выматывающую вечность, я бы не стала молчать. Послала бы его к чёрту сразу же, не выходя из его чересчур опрятного кабинета, где всё казалось слишком вылизанным.

Я медленно сходила с ума.

Каждое утро начиналось с притворства. Я смотрела в зеркало и натягивала на себя улыбку, как чужую кожу. Я жила так, будто ничего не случилось. Будто не знала о смерти Логана. И всё это время я гнила в тени, как забытая рана под бинтом.

Клыкастый чувствовал, что со мной что-то не так. Он единственный, кто заметил изменения после визита в ИКВИ.

Вот только поверил ли он в мою ложь о том, что я осознала, в каком на самом деле мире живу? Я наплела, что в ужасе, что существуют создания, способные сотворить такое.

Где-то слышала, что, если хочешь убедительно соврать нужно говорить всё с примесью правды. Так я и поступала день изо дня, молясь, чтобы Берроуз поскорее появился и дал мне хоть что-то. Я ждала новостей, как наркоман дозы, как первокровный мою кровь.

— Что дальше… – сидя в лаборатории и отдавая очередную порцию красной жидкости, спросила я. – С поисками Логана?

Я встретилась с его взглядом, зелёным, как хвойный лес после дождя, и тут же отвернулась. Какого хрена я вообще сравниваю его глаза с чем-то? Ответ я прекрасно знала, но каждый раз удивлялась неожиданной находке в наших странных… отношениях.

После того, как я узнала, что Логан мёртв, клыкастый пришёл ко мне в комнату. Без позволения, Морвель подошёл к кровати и повернул моё лицо на себя.

Он хотел знать, что произошло и что конкретно спрашивал Берроуз. В какой-то момент мне показалось, что он пытается получить ответ внушением, но между нами это не работало.

Я долго молчала, но он не отступал, рассказывая о том, кто такие падальщики и почему с ними опасно иметь дело. Рассказ долетал до меня сквозь глухую стену, я не слышала почти ничего из сказанного, сосредоточившись на его губах.

И в тот момент я ощутила, словно что-то чужое… инородное долетело откуда-то из глубины.

Сначала я не поняла, что происходит: сердце пропустило удар, грудь сдавило, как перед паникой. Но паника была не моя. Это было… нечто инородное. Пронзающее изнутри, будто кто-то дернул за невидимую нить внутри меня.