Книга На один укус, страница 29 – Амалия Мо

Я почти добралась до лестницы, когда чья-то рука резко схватила меня, утягивая обратно – в гул и жар танцпола. Мужские ладони обвили талию, притягивая к себе с жадной уверенностью. Незнакомец смотрел прямо в глаза – остекленевший, с хищной улыбкой, от которой по коже побежали мурашки.

— Хочешь уединиться? – нависнув надо мной, спросил парень.

— Отпусти, – выдавила я, стараясь говорить спокойно.

Я дёрнулась, пытаясь освободиться, но это только подстегнуло его. В каждом движении – наглость и азарт, а я чувствовала лишь раздражение и усталость до тошноты.

— Нет, ты не поняла. Ты хочешь уединиться, – произнёс незнакомец с подчеркнутой уверенностью, глядя прямо в глаза.

— Нет, это ты не понял, – ответила я тише, чувствуя, как ладони покрываются холодным потом.

Он шагнул ближе, и тогда я вспомнила слова Логана: «Если слова не помогают – действуй первой.»

Не раздумывая, я подняла колено и ударила – коротко, точно, в самое уязвимое место. Мужчина согнулся пополам, выдохнув хриплый стон, но я уже отступала, не слушая, что он кричал вслед.

Лестницу я преодолела бегом, толкнула створку двери и жадно вдохнула ночной воздух. Холод пробрал до самой груди, приглушив шум в голове.

Клыкастый стоял у машины, сложив руки на груди, и смотрел на меня.

— Я, кажется, просил не отходить, – зачем-то напомнил он.

— Задержалась, – сквозь зубы прошипела я, хотя следовало припомнить, что это он меня оставил среди бушующей толпы.

Я уже собиралась подойти к машине, когда за спиной послышался скрип двери. Из клуба вышел тот самый незнакомец. Без шума и света он казался крупнее и опаснее. Он провёл рукой по тёмным волосам, убрал прядь со лба и уставился прямо на меня. Взгляд был мутный, странный, будто в нём боролись остатки разума и что-то дикое.

Мужчина сделал шаг вперёд и улыбнулся так, что по коже пробежал холод.

— С характером, значит, – произнёс он с тенью усмешки и медленно протянул руку ко мне, будто проверяя, как далеко может зайти.

— Сиам, подумай хорошенько, – сказал Морвель, стоя у машины и разглядывая носки туфель, словно всё происходящее к нему не относится.

Подняв голову, Сиам наконец заметил, что мы не одни. Уголки губ дрогнули в ленивой усмешке. Он убрал руку, но не отступил – наоборот, подошёл ближе.

— Значит, это она, Калеб?

— Мой донор, – ответил клыкастый.

Боги… неужели в их мире об этом принято говорить вслух? А я до сегодняшнего дня слышала только одно – что я избранная.

— Значит, слухи не врут, – продолжил Сиам, сверля меня взглядом. – А я-то уже всерьёз начал сомневаться в своих способностях. Даже удивился, что кто-то впервые смог противиться мне. Значит, твоя игрушка невосприимчива, да? Что она ещё умеет?

Ещё один первокровный? Похоже, Морвель привёл меня туда, где людям явно не место.

— Если уж ты не захотела поддаваться моему внушению, то, может, пойдёшь добровольно? Посидим, поболтаем, расскажешь о себе… – Сиам придвинулся ближе, и мне пришлось сделать шаг назад. – Я тебя не трону, если сама не попросишь. Ещё ни одна не просила не трогать, кстати, – самодовольно усмехнулся он.

Наверное, на моём лице всё было написано, потому что он вдруг повернул голову к Калебу:

— Что она чувствует, Морвель? Боится? – с восторгом спросил он. – Я и сам вижу, что боится. Мне даже чувствовать ничего не надо…