Книга Сердце Северного Ликана, страница 92 – Мария Ерова

Цветы увязали в разъеденной дождями земле под широкими подошвами тяжёлых сапог герра Нильссона. Так же было и со всеми девушками, что попадали сюда и оказывались под влиянием проклятия, царившего на острове. Ему было стыдно это признать, хотя он и не был в том повинен. Но каждая из этих несчастных лишалась своей красоты, молодости, а, главное, жизни лишь потому, что им не посчастливилось попасть сюда, в объятия судьбы, не знающей милосердия.

Их было не так уж и много. Милая Хлоя, стеснительная и нежная. Она продержалась здесь больше всех — до Мари, но это было так давно, что Албер с трудом вспоминал даже черты её лица. Строгая Аннет, говорившая на ином языке. Она сбросилась с обрыва, подарив ему всего лишь ночь наслаждения, прожив в замке два дня — проклятие настигло её в тот же день, когда это случилось. Пышногрудая Асти, что из весёлой жизнерадостной хохотушки всего за пару дней превратилась в невзрачную тень себя самой. Её жизнь оборвалась столь же трагично, как и судьба её предшественниц.

Мари оказалась другой. На вид хрупкая и ни к чему не приспособленная, она могла действительно проявить силу воли, там, где это требовалось. Было в ней что-то, что отличало её от других девушек, и Албер не мог бы словами описать, что именно. Это можно было лишь почувствовать, ощутить.

Конечно же, он не любил её. Сердце грубого хозяина замка давно очерствело, сгорев в любви к другой. Но он желал её, и хотел бы, чтобы девушка была с ним рядом как можно дольше. Да, свои чувства он хотел выразить именно такими словами.

Солнце склонялось всё ниже, предвещая скорое наступление сумерек. Он всё шёл и шёл, углубляясь в лес, перестав ощущать усталость, переставляя ноги на автомате. Был ли смысл возвращаться? Ведь в замке его никто не ждал, а доказательств того, что Мари мертва, у него так и не появилось.

Было ли это волей случая или хорошей встроенной интуицией, но вскоре он наткнулся на старую хижину, спрятанную в самой глубине леса. И, если бы его нос не обладал столь хорошим нечеловеческим нюхом, то, возможно он просто прошёл бы мимо.

Но два слишком хорошо известных ему запаха боролись друг с другом, исходя именно оттуда. Он замер, решая, стоит ли прямо сейчас вламываться в дверь или сначала понаблюдать за хижиной и её обитателями. И рука зависла в воздухе, не зная, постучать ли ей по двери кулаком или выбить её к чёртовой матери!

Миг, и…

Мари всё ещё была настороже. Нет, страх за свою жизнь никуда не делся, но физиологические потребности брали своё. Хотелось есть, и в шкафчике девушка обнаружила довольно-таки большие запасы сушёных овощей и фруктов, вяленое мясо, сдобренное солью и специями, и даже самодельный креплёный напиток. Она это поняла, сделав всего лишь один глоток, и сморщившись так, будто никогда в жизни не пила ничего отвратительнее. Да и рассудок следовало сейчас держать в ясности, а потому сушёные овощи она запивала водой. И откровенно наслаждалась, отрезая кусочки от большого куска мяса — не хватало только хлеба, но и так было безумно вкусно.

Надо сказать, кто бы не был хозяином этой лачуги, но жил он гораздо лучше, чем герр Нильссон в своём некогда роскошном замке. По крайней мере, здесь было, что поесть, а вот у Албера с этим были явные проблемы.