Онлайн книга «Сердце Северного Ликана»
|
Одним прыжком Албер оказался рядом, он одним рывком сумел схватить надоеду за воротник, склонив так низко к земле, как только мог. Тот пытался сопротивляться, но силы явно были не равны. — Ещё хоть слово, щенок, ещё хоть слово о ней! Герр Нильссон не шутил, надавливая всё сильнее и сильнее на спину парня. — Что это? Кровь? Он брезгливо разжал пальцы, и брюнет рухнул на землю, с трудом запрокинув голову, чтобы взглянуть на победителя. — Я вижу, ты ранен, — констатировал Албер, видя, как кровь сочится сквозь одежду на спине своего соперника. — Ты слабеешь, раз не в состоянии вылечить столь простенькую ранку… Он произнёс эти слова не без удовольствия, наслаждаясь тем, как меняется лицо его оппонента. Однако тот стерпел, не произнеся в ответ ни слова, ему и встать-то оказалось достаточно сложно, не то что продолжать опасный спор. — Я уйду, — всё же пообещал он напоследок. — Но это не последний наш разговор. И тем более, не последняя наша встреча. Герр Нильссон повернулся к нему спиной, всем видом показывая, что разговаривать больше не о чем. И тому не оставалось ничего, кроме как уйти. Но кровавое пятно на его спине немало озадачило Албера. Обычно регенерация таких ран была недолгой — порез затянулся бы, пока они обменивались здесь «комплиментами», но ведь и ранен он был, судя по всему, намного раньше… Оставалось ответить на вопрос: так кто же его смог так поранить?.. Неужели на острове появился чужой?.. Глава 47. Лечение и мучение — Ешь! Марисоль попыталась силой затолкать в рот мистера Уокера какие-то весёленькие жёлтые цветочки, а он, с силой удерживая её руки и сцепив зубы, отчаянно сопротивлялся. Да, мужчина, без сомнения, был сильнее. Но ещё не знал, насколько упрямой могла быть Марисоль! Превосходящая мужская сила её ни капли сейчас не волновала, перед ней была чёткая задача: накормить его противоядием, которое настоятельно рекомендовала принять целительница, пусть и призрачная. Волосы растрепались, лицо и руки покраснели от напряжения и борьбы, но девушка упорно настаивала на своём. — Марисоль, ради Бога! — не выдержав, воскликнул Чен в какой-то момент. — Я и так ощущаю себя какой-то икебаной, посмотри, я не охотник на оборотней! Я — посмешище в наряде лесной феи! И действительно, рана мужчины была тщательно натыкана этим жёлтым симпатичным злом с тоненькими, но такими едкими лепестками. При неравной борьбе часть их слетела на землю, но другая часть, напоённая кровью, отлично держалась на ране и, в общем-то, и служила тем самым сравнением с икебаной. — А я говорю, ешь! — не унималась упрямица, возомнившая себя лекарем. — Если ты этого не сделаешь, то умрёшь, и оставишь меня здесь одну! — Милая! — взмолился тот наконец. — Я скорее умру оттого, что подавлюсь этой травой, что ты так отчаянно пытаешься пропихнуть мне в горло! Но я не козёл, я не люблю растительную пищу! Зачем ты заставляешь меня есть то, что я не хочу?! Марисоль зарычала в бессилии, сжимая удерживаемые мистером Уокером кулаки. — Я уже раз сто объяснила, зачем это надо! Съешь, и поправишься в разы быстрее, чем без этого лекарства! Неужели не понятно?! — Понятно, но, — защищался как мог мужчина. — С чего ты вдруг взяла, что это поможет? Я нисколько не сомневаюсь в твоих умственных способностях, но ты сама говорила, что ни черта не смыслишь в медицине, а тут вдруг такие познания в области травоведения… Я склоняюсь к мысли, что это просто стресс на тебя так повлиял, замутнив рассудок, и… |