Онлайн книга «Сердце Северного Ликана»
|
Северин тяжко выдохнул, и начал свой рассказ. * * * На фоне лилового заката дня беспокойно сгущались сумерки, преображающие общую картину. Игриво вытягивались тени, выделяясь на фоне ярких красок неба — ещё немного, и солнце стыдливо уйдёт за горизонт, погасив за собой, словно свечи, этот пылающий огонь, смыв, как с мольберта, богатые оттенки умирающего дня. Ему было плевать на красоту, что так часто воспевали поэты, и на всё прочее, связанное с самым романтичным временем суток. Но в сумерках проще было прятаться и оставаться незамеченным средь могучих стволов деревьев, вальяжно шелестящей на перекрёстке ветров листвы. Мягкая трава скрадывала звук от его шагов, сам же он старался даже не дышать, чтобы не выдать себя ненароком. Но когда-то уже надо было решаться. Да, он был молод, но не считал себя робким юнцом, познав уже много женщин, но ни одна из них не вызывала в нём подобной стеснительности, граничившей с безумием. Как и желания обладать ей — во всех смыслах, не только физическом, хотя в последнее время Северин места себе не находил, откровенно изнемогая без возможности разделить с ней ложе. Гораздо хуже приходилось душе, ведь до той самой роковой минуты он не знал, что такое любовь — настоящая, искренняя, мучительно-болезненная, из-за которой и физическое воздержание было не более, чем неудобство. Ведь болела душа, ибо тело объекта его любви принадлежало его брату. Северин со злости стиснул зубы. Нет, он давно не искал справедливости у богов — они были глухи и слепы, а, возможно, просто насмехались над ним, ублюдком его отца — ярла, бастардом, появившимся на свет не по причине нужды в наследнике — он у него уже был. А от нескончаемой похоти родителя, не удосужившегося даже назвать его мать своей женой — простолюдинка, даже такая прекрасная и безотказная для него во всём, не была достойна занять место матери Албера. Как и он сейчас не мог претендовать на место в сердце этой женщины, его целиком и полностью присвоил себе его брат. А он, Северин, как всегда, остался не у дел. Да вот только с чувствами справиться было не так-то просто, но всё, что он мог пока себе позволить, это следить за ней, наблюдать, как та гуляет по вечернему лесу, собирая травы, или по золотому берегу предзакатного пляжа, с тоской вглядываясь вдаль. И это были самые мучительные и самые желанные минуты его жизни! Ветка хрустнула под ногой, и Северин замер, понимая, что сейчас будет рассекречен. Яла вскинула голову, испуганно, как лань, вглядываясь в толщу леса, пытаясь определить, насколько реальна опасность, следующая за этим звуком — или это всего лишь любопытный заяц, которых здесь водилось неимоверное количество. Но «зверь», тяжело вздохнув, решил показаться её взору, и, пожалуй, в каком-то смысле он был не менее опасен, чем медведь. — Яла… Он двинулся навстречу, но девушка активно зажестикулировала, знаками показывая ему, чтобы не подходил. Могло ли его это остановить? Конечно же, нет. Она повернулась и побежала, но вскоре, запутавшись в длинных юбках своего платья, упала навзничь, уронив лукошко с лекарственной травой и цветами. Северин оказался рядом в два счёта. Его тело, работавшее сейчас скорее на инстинктах, требовало сейчас немедленно завладеть этим манящим, таким соблазнительным телом. Вот она, лежит у его ног, беззащитная, непокорная… |